жилъ и доживаю вѣкъ. Это тебѣ пригодится, тѣмъ болѣе, что въ твои годы и меня волновали тѣ же думы, которыя теперь тебя волнуютъ, и я ту же чувствовалъ тягость душевную, которая тебя угнетаетъ теперь. II. Велика книга жизни моей, началъ свой разсказъ старецъ, пятидесятый годъ совершаю я служеніе Господу, пятый десятокъ ношу я и духовный санъ и оному сану обычаемъ освященное одѣяніе. А подумаешь, припомнишь, да поразмыслишь,—и я былъ молодъ, и въ моей груди билось сердце, и моя грѣховная натура жаждала мірскихъ удовольствій, и меня прельщала не духовная карьера, не роль пастыря деревенской церкви, а влекла помышленія мои шумная городская жизнь, свѣтская служба,—возвышающаяся по ступенямъ карьера. Но Господу угодно было призвать меня къ пастырскому служенію, а и пословица говоритъ: „больше Бога не будешь4. Помышленія мои остались суетными и воля Божія надо мною исполнилась. Какъ сейчасъ представляю я себѣ самого себя; было мнѣ отъ роду двадцать два года, когда я въ первый разъ надѣлъ рясу, воспріявъ чинъ священства. Въ моемъ юномъ въ то время сердцѣ, въ моей пылкой молодой головѣ тоже были идеалы, копошились желанія перевернуть все по своему, изгнать рутину изъ сферы пастырскаго служенія, внести въ это служеніе духъ живъ и душу живу,—невнятность церковнаго служенія я хотѣлъ замѣнить внятнымъ толковымъ чтеніемъ, негармоничное дьяческое пѣніе—стройнымъ хоровымъ напѣвомъ, проповѣданіе Слова Божія вмѣсто книжнаго, чего держались старые священники—собственнымъ сочиненіемъ... Ъду я, Другъ мой, изъ губернскаго города къ мѣсту своего пастырскаго служенія и на пути предаюсь размышленію 90
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4