селѣла и катила на кровномъ рысакѣ въ прекрасномъ расположеніи духа. Отецъ благочинный, когда-то многосемейный, но уже выростившій и пристроившій всѣхъ своихъ дѣтей, жилъ только съ своей матушкой благочинницей. Эти старцы были истинно добродѣтельные люди. Они приняли Изволенскихъ какъ родныхъ дѣтей: обласкали, угостили, дали самые добрые совѣты. Между прочимъ, отецъ благочинный полушутя, полусерьезно, замѣтилъ молодой матушкѣ, чтобы она остерегалась курить табачекъ въ присутствіи прихожанъ, да и волоски на умной головкѣ отростила; первое замѣчаніе сіятельной матушкѣ показалось дерзкимъ, но второе, какъ смягченное елеемъ отца благочиннаго, она приняла благодушно, отвѣтивъ: — Что дѣлать, я знала, что шла на великія жертвы, и не остановлюсь ни передъ какими лишеніями... — Да благословитъ васъ Господь на все доброе! Разставшись съ добродушнымъ отцомъ благочиннымъ и матушкою благочинницей, отецъ Леонидъ возвращался домой съ облегченной душою. Онъ радовался тому, что его представленіе обошлось благополучно,—безъ скандала со стороны жены. Наступило первое воскресенье прибытія отца Леонида въ Выползово. Въ это воскресенье онъ долженъ былъ служить первую церковную торжественную службу. Отецъ діаконъ, какъ человѣкъ опытный, приготовилъ лучшее облаченіе. Пѣвчіе-любители усердно спѣвались. Много было народу у заутрени, а къ обѣднѣ собрался весь приходъ. Для торжественности случая и Сидоръ Иванычъ надѣлъ форменный кафтанъ съ полдюжиной медалей золотыхъ и серебряныхъ на различныхъ лентахъ. Отецъ Леонидъ старался разбудить жену къ обѣднѣ, но княжна матушка не могла принести этой невозможной жертвы 66
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4