и собственныхъ взглядовъ. Ей хотѣлось выдти за Изволенскаго единственно въ видахъ избавленія отъ крайнихъ матеріальныхъ лишеній, болѣзненныхъ родительскихъ стоновъ, вѣчнаго неумолкаемаго раздраженія и постоянной ссоры сестеръ. Но Зарѣчная охотнѣе бы вышла въ замужество, если бы подвернулся женихъ свѣтскій, какъ становой, землемѣръ, лѣсничій, но этихъ жениховъ ни у одной изъ княженъ Зарѣчныхъ не было, такъ какъ титулъ ихъ родителей, хотя былъ и знатенъ, но пустъ карманъ. И вотъ Людмила дала свое согласіе Изволенскому, получавшему мѣсто священника. Но чтобы позолотить свою пилюлю, она увѣряла себя и другихъ, что дѣлаетъ громадную жертву, равняющуюся страданіямъ первомучениковъ христіанскихъ, идя въ народъ, отдавая свою сіятельную руку сыну народа, дабы непосредственно и чрезъ выбраннаго ею жениха свѣтить своимъ свѣтомъ въ ту народную тьму, которая жаждетъ свѣта, но не имѣетъ свѣтильниковъ. Къ этимъ поверхностнымъ идеямъ, выливавшимся изъ убѣжденныхъ взглядовъ Изволенскаго и внесенныхъ въ домъ Зарѣчныхъ, примкнули, ради громкой фразы, всѣ княжны и даже княгиня Зарѣчная. Самъ князь, кромѣ своей подагры, ничего и не о чемъ не думалъ. Въ часы болѣзненныхъ приступовъ, онъ стоналъ едва не на весь городъ, когда легчало, онъ кричалъ во все горло, чтобы дали ему „жрать4. Но наѣвшись, снова подвергался болѣзненнымъ припадкамъ подагры, и снова начиналъ стонать отъ боли до новаго крика о „жраньѣ4. Какъ только разнеслась вѣсть по городу, что княжна Зарѣчная выходитъ замужъ за нона, духовные только развели руками, а у свѣтской молодежи посыпались остроты, переходившія изъ дома въ домъ и доходившія до Зарѣчныхъ и Изволенскаго, который не обращалъ вниманія на всѣ тол57
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4