г 75 рилъ къ смерти, одного недостойнаго любимца временщикова. Моровая язва и голодъ усугубили бѣдствія Римлянъ и усилили въ народѣ негодованіе , произведенное смертію Бир- ра и Арія. Первая напасть могла бытъ дѣйствіемъ гнѣва Божія ; вторую приписали монополіи Государева любимца. Народъ ропталъ ; вскорѣ общее неудоволь сптвіе обнаружилось , и толпы устремились ко дворцу , требуя головы Клеандровой. Клеандръ старался разогнать пародъ преторіанскою конницею ; но пѣхота , завидуя давно преимуществамъ сего бой ска , взяла сторону гражданъ. Междо^ усобная война свирѣпствовала передъ самымъ дворцомъ въ то время , какъ Императоръ спокойно Предавался распутству. Одна фадилла , старшая сестра его и Марція, любимая наложница , успѣли его вывести изъ сей безпечности и пробудитъ въ немъ дѣятельность ; они бросились къ ногамъ его, живо изображая злодѣянія временщика и ярость изступленнаго народа. Устрашенный Коммодъ выходитъ изъ сладострастнаго упоедія , и повелѣваетъ выставитъ прёдъ народъ голову Клеандрову-; столь желанное зрѣлище еодворкло спокойствіе. Распутство и безчеловѣчіе Коммодовы не могли приобресши ему привязанности Е а
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4