яншилн его неоцѣненнаго дѣйствія сего свя» щеннаго огня, которымЪ одиимЪ человѣкЪ уподобляется безсмертнымъ. При концѣ своего разговора уронила подвязку. ЗадигЪ, по обыкновенной своей учтивости, ее поднялЪ, но не подвязалЪ ногу госпожи; а сія малая ошибка, ежели то ошибка, была причиною величайшихЪ злоключеній. ЗадигЪ о томЪ не думалЪ, а завист никова жена думала о томЪ много. Великое число госпожЪ каждый день кЪ Задигу пріѣзжали. Тайныя вавилонскія лѣтописи увѣряютЪ, что онЪ одинЪ разЪ впалЪ въ слабость, но с'Ь крайнимъ удивленіемъ увидѣл'Ь, что вЪ любсвныхЪ забавах'Ь не чувствовалъ онЪ услажденія, и бывЪ сЪ любовницею задумывался. Та, которую онЪ, и самЪ не зная какЪ то пришло, почшилЪ своимЪ покровительствомъ, была придворная дѣвица Царицы Астарты• Сія страстная вавилонянка говорила сама себѣ во утѣшеніе: конечно сей человѣкЪ имѣетЪ превеликое множество вЪ головѣ дѣлЪ, длятого что онЪ упражняйся и вЪ любви, о томЪ аумаетЪ. Вырвалось у Задига вЪ самую минуту, когда многіе не говорятъ ни слова, Или произносятъ иногда смѣшенно нѣсколько •ловЪ, что онЪ вскричалЪ вдругЪ, Царица»
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4