b000002612

Такія дѣти, которыхъ все отвлекаетъ, причиняютъ массу хлопотъ и себѣ и другимъ. Вотъ передъ нами умный и способный, но крайне разсѣянный мальчикъ (Райскій изъ „Обрыва" Гончарова). „Когда опекунъ привезъ его въ школу и посадили л ег о о мъ на но л в а и в ч к к у а : в б о ыл в о ре в м с я лу к ш л а а т с ь с с а я , , к ч а т ж о ет сп ся р , аш п и е в р а в е ы т м ъ ъ уч б и ы те д л ѣ ь, что отвѣчаютъ ученики. А онъ прежде всего воззрился на учителя: какой онъ, какъ говоритъ, какъ нюхаетъ табакъ, какія у него брови, бакенбарды; потомъ сталъ изучать болтающуюся на животѣ его сердоликовую печатку, потомъ замѣтилъ, что у него большой палецъ правой руки раздвоенъ по серединѣ и представляетъ подобіе двойного орѣха. Потомъ осмотрѣлъ каждаго ученика и замѣтилъ всѣ особенности; у одного лобъ и виски вогнуты внутрь головы, у другого мордастое лицо далеко выпятилось впередъ, тамъ вонъ у двоихъ, у одного справа, у другого слѣва, на лбу волосы растутъ вихоркомъ и т. д.... И доску, на которой пишутъ задачи, замѣтилъ, даже мѣлъ и тряпку, которою стираютъ съ доски... — О чемъ я говорилъ сейчасъ? вдругъ спросилъ его учитель, замѣтивъ, что онъ разсѣянно бродитъ глазами по всей комнатѣ. Къ удивленію его, Райскій сказалъ ему отъ слова до плова, что онъ говорилъ. — Что же это значитъ? дальше •спросилъ учитель. * Райскій не зналъ: онъ такъ же машинально слушалъ, какъ и смотрѣлъ, и ловилъ ухомъ только слова... Это былъ учитель математики. Онъ пошелъ къ доскѣ, написалъ задачу, началъ толковать. Райскій только глядѣлъ, какъ проворно и крѣпко пишетъ онъ цыфры, какъ потомъ идетъ къ нему прежде брюхо учителя съ сердоликовой печаткой, потомъ грудь съ засыпанной табакомъ манишкой. Ничего не ускользнуло отъ Райскаго, только ускользнуло рѣшеніе задачи".*) *) Гончаровъ. Обрывъ I, 51, 52. Изд. Глазунова. — 67 — 5 *