b000002542

В коридоре окно настежь. Витька лежит животом на подоконнике, свесившись на улицу. Рядом Люська ды- м;ит папиросой. Ее сегодня трижды гоняли к телефону и божились, что ее стихи напечатаны в «Красной Нови». — Ну что ж, — оправдывается^Витька. — Ііервое ап- реля напоминает нам, что мы представляем собою все остальные триста шестьдесят пять... — Триста шестьдесят четыре, — подхватила Тоня.— И никто нас в эти дни не дурачит. — Черт возьми, как солнце шпарит, — сказала Люсь- ка и щелчком выбросила в окно окурок. Подошла Новелла. Щурит свои серые, в черной опуш- ке, глаза. Светлые блики в них так и сияют. Над всеми душевными тягостями брала верх природная жизнера- достнисть. Обняла Тоню. — А.\, как хочется жить, Тонечка! Правда? Жить изо всех сил, как это солнце! — И у меня от солнца голова кругом. Борис Блюстицкий озабоченно разглядывает рукав своего коричневого пиджака. Вздохнул, отошел в тень. — Что случилось? — Вы-выгорает. Жмурясь в лучах, как одурелые котята, стоят Ленька Чуб и Ьалька Панкина. Они и сами сияюг, что гвое солн- це. Взялись за руки и глаз не сводят друг с друга — буд- то вокруг пустыня. Мурка, волнуясь, прочитал: «Твои глаза в мои глаза, как звезды, ярко светят. Твои веселые глаза одни на це- лом свете. Они мне снятся по ночам, плывут ко мне на- встречу. Других таких я не встречал и никогда не встречу». — А неплохо! — похвалила Тоня. 4 — Тебе... — Гіро мои-то рыжие? Очередная первоапрельская шутка! — совершенно серьезно. — ГІервого апреля никому не верят. — Услыхала спа- сительный звонок и скрылась в аудитории. .— Весь день у студентов дурашливое настроение: смея- лись, обманывали друг друга и расписывали, кто как попался. Даже кроткая Вика получила доплатное пись- мо с иредостережениями: «Если и дальше будешь так