b000002542

ются. — Она с хрустом перекусила леденец. — Ну и пусть катится. Опять закручу с Анатолием. Толька — он слав- ный. — Постой! Надеюсь, ты намерена выйти по любви? — Конечно. Надо, чтобы муж тебя любил. Помоги мне с Анатолием, ладно? Что он со своей Новеллкой рас- плевался что ли? Все, вижу, врозь ходят. Ася шепнула что-то Лельке на ухо. Обе фыркнули. — Ну, молодец! Спасибо, что удружила. Как ослепительно, как весело све- С ПЕРВЫМ тит первоапрельское солнце, раз- АПРЕЛЯ брызгивая себя по ручейкам и со- сулькам! Как звучно стучит капель! Небо все хмурилось, и вдруг такое удивительно доброе утро. Не хочется продумывать, что ответишь-на семинаре. Так и подмывает пуститься вскачь, — в тот самый скач, на котором, наверно, и основано выражение «телячий восторг». А если не прыгать, то хотя бы мечтать. Тоня где-то прочла, что мысль — это работа мозга, а мечты — наслаждение его. Любить помечтать и постоян- но удерживаться в рамках расписания — вот мученне для студента! . Еще на улице Тоня услышала Витькин голос: — Тебя срочно вызывает декан! Испуганная, приоткрыла дверь в деканат и натолкну- лась на вопросительный, чуть насмешливый взгляд Зевса. — Ну, что скажете? -4 Я пришла... — Вижу. А для чего? — Вы же меня вызывали. — Шутить изволите? — но, заметив ее смущение, добавил: — Не удивля^тесь. Опять виноват календарь. Вы ко мне уже шестая сегодня. Лучше назовите имя того без- дельника, который избрал мишенью своих первоапрель- ских шуток именно меня? — Ну, этого я ие скажу, — засмеялась Тоня и убе- жала.