b000002542

— Очень хорошо понимаю. — Тоня повернулась к девочкам. — А вы что не работаете? — Не трогайте их. Они не знакомы с этой работой и не созданы для нее. — ііусть привыкают! «И где у этой чертовой немки педагогическии такт?» Школьницы не двигались с места. А ведь они из ее девятого «Ь» — позор! іоня злилась на них и на себя, что не может ничего сделать. — Вы ж первые замерзнете зимой в ваших пальтиш- ках! Не всегда, оказывается, можно повлиять убеждением. А принуждением — не научилась. Мимо верхом на лошади проскакала Светлана, утап- тывая новый замес. Из-под копыт летят брызги и комья. Раскраспелась, льняная коса сбилась на сторону. Вдруг девочка круто повернула лошадь. — А ну-ка, лодыри, работать, а то растопчу! Школьницы с визгом разбежались. Светлана расхохо- талась и снова пустила лошадь по кругу. Но одна из школьниц как упала, так и осталась лежать. Анна Ефи- мовна с перекошенным от страха лицом кричала Тоне: — Ваша Анисова своим хулиганством искалечила девушку! У нее вывих, а может, перелом. — Растяжение суставной сумки, нужен холод. Девоч- ки, принесите воды, — сказала Тоня. Пострадавшую в сопровождении Анны Ефимовны увезли на колхозной лошади. Устальные нехогя взялись за работу. Светланкино озорство приняло ха- ЛЮДЯМ рактер ЧЬІіЭ. Завуч грозила исклю- ЛЮБИТЬ чением. Тоня отправилась к родителям Ани- совой. Ее встретил отец школьницы, главврач местной больницы. — Ьы можете мне не поверить. Светлана очень хоро- шая, искренняя девушка. Но я боюсь за нее: она бес- страшная и озорная до безрассудства. — ііочему так? — Видите ли, детство у нее было сложное. Я же- нился на ее матери, вдове с восьмилетним сынашкой.