b000002542

ляло, что он во время лекций не стоял за кафедрой, а сидел на табурете и, как подсмотрели сидящие впереди, всегда при этом вертел правой стопой. Умиляло даже его предрасположение к простѵде и его преувеличенный страх перед нею «Закройте форточку, оттуда грипп ле- тит», — обыкновенно говорил он, входя в аудиторию. А совершенно немыслимый, никому непонятный по- черк с буквами, падаюшими резко влево и теряюшими при падении последнее сходство с братьями из русского алфавита! А его искренняя самокритичность, с которою он признавался, что, допустим, этого он сейчас не помнит и скажет в следующий раз! Однажды, увидев на доске собственные каракули, оставшиеся с предьтдушего дня, Петруша возмѵтился: «Кто это так безобразно написал? Ничего не поймешь». Потом, всмотревшись, дотронулся до широкого лба, рас- плылся в улыбке и признался под общий хохот: — Оказывается, это я сам писал. Неизвестно, был ли он просто болыиой артист, но человек был прекрасный — тут ѵж студентов не прове- дешь. На перемене окрѵжали кафедрѵ и не столько спра- шивали, сколько слѵшали его замысловатые вопросы и парядоксальньте ответы. Совсем дпѵгим оказался доцент Валерий Дмитриевич Нарциссов. Читая факультативный кѵрс по истории теат- ра. он не просто стоял за кэфедрой. Он парил, устрем- ляясь корпуеом то вправо. то влево. чтобът охватить всю аѵдиторито звучным своим баритоном. «В Индии. в дале- кой Иннндии», — произносил он нараспев. как поэт, дто- бѵясь модѵляциями собственного голоса и при этом чуть встряхивал головой. чтобы откинѵть длинные каштано- вьте волосы. Моложавый, стройный шатен, просто кра- савеіі, — все, особенно девчата, находили его'очень эф- фектным. Но когда они. влюбленные в античную литературу. — изѵчали-то ѵ Живитікого! — услышали ‘ в л р ѵ г , что «Ат- лант следил во сто глаз. чтобы у него не украли небесный свод», а «к Прометею еженощно прилетал орел и клевал его очи ясные», и что «Эдип, ѵзнав в своей жене роднуто мать, покончил с собою, но Иокаста — женщиньт народ живѵчий — перенесла и это потрясение», — многие на- сторожились. Тоня вообше не пожелала больше слѵитать такие халтурные лекции. Жаль было времени, раздра-