b000002542

Толькина нога зажила настолько, Л И В Е Н Ь ч т о м о л ° Д ° ж е н ы распрощались с бабкой и двинулись в путь, в сто- рону Симферополя. Дорога пошла лесом. Все было не так, как в средней полосе России. Там в любую жару из лесу тянет про- хладой и свежестыо, а проселок, как пеплом, припоро- шен горячей пылыо, по которой мягко ступать босиком. Здесь дорога будто вытесана из камня, да еще присы- пана мелким известняком и щебенкой; дорога эта, как наждак, стачивает подошву сандалий, а зазеваешься,— глядишь, и споткнулся, — встречный камень до крово- подтека ссадил ноготь. Сушь и жара страшная, глазам больно от света, идешь как под кварцевой лампой. Небо ярко-голубое, почти васильковое, и море невдалеке светится синим све- том, а лес дышит зноем и разогретыми листьями, как в парной от березового веника. Приляжешь отдохнуть, желтые травинки примнутся с сухим шелестом, и выж- женные жесткие остья набьются в одежду, в волосы, а мелкие кузнечики, тоже сухие и желтые, запрыгают и зашелестят... Потянет ладанным запахом кипарисной хвои... Вдалеке давно уже дудел и сиреною подвывал мотор. Когда, наконец, полуторка вырвалась из-за поворота, студенты подняли руки. — Куда машина? — В Туклак. — И нам тѵдаГ — Садитесь. В кузове оказалась до ск а— скамейка. Анатолий, дер- жась одной рукой за борт, другою обнял Тоню, — их резко заносило на поворотах — и кричал ей: — Это здорово! Нам повезло: из Туклака берегом пойдем на Новый Свет, там я слышал, есть завод шам- панских вин. И вообще интересные места. Сам царь от- дыхал. к морю вышли в полдень. Было душно, чувствовалось приближение грозы. Искупались и двинулись по при- брежной тропинке. Дождь мало их беспокоил. Подума- ешь, вымокнем и высохнем — не сахарные, не рас- таем. — Ох, и жарко!