b000002441

доты, в знак уважения к его выдающимся способностям, вот он и вынул гвоздь, полагая, что экзамен для него, Верещагина, формальность и что преподаватель это по- нимает, так как Верещагин знает гораздо больше, чем положено студенту пятого курса. Но преподаватель возмутился и сказал: «Я вас прошу отвечать на поставленный дополнительный вопрос»; тогда Верещагин тоже возмутился надменным, непривыч- ным для него тоном преподавателя и отвечать не захотел. «Я вам на тройку уже наговорил, а больше мне не нуж- но»,— сказал он, не без кокетства, разумеется, так как перед этим отвечал на таком высоком научном уровне, что преподаватель слушал как студент на лекции, больше половины не понимая и только об одном заботился: как бы с его лица не соскользнуло важное прокурорское выраже- ние, пока Верещагин пишет на листке такие формулы, какие он, преподаватель, сроду не видел, поскольку в учебную программу они не входили. Это, конечно, его задевало, ну и когда Верещагин сказал, что, мол, на тройку уже наговорил, он мстительно улыбнулся тонкими губами — у него были тонкие губы и бледные очень, так что практически можно считать, что губ он вообще не имел,— улыбнулся безгубым своим ртом и произнес: «Да, на тройку вы действительно наговорили». И поставил ее Верещагину, чем сразу же прославился на весь универси- тет, а до этого был совсем незаметным преподавателем, многие коллеги даже нетвердо знали его имя-отчество, а тут о нем громкая молва пошла. «Это поразительно! — сказал ему профессор Красильников.— Какой дурацкий вопрос вы ухитрились задать Верещагину, что он ответил на тройку?» — «Он мне показал гвоздь»,— пожаловался преподаватель. «Очень хороший гвоздь,— согласился Красильников.— Но разве у него выпросишь? Вереща- гин — жила».— «Вы просили и он вам не дал?» — ужас- нулся преподаватель. «А какой дурак даст? — удивился Красильников.— Вы думаете, вам он даст? Такие гвозди на улице не валяются».— «Он сказал, что нашел именно на улице»,— несмело возразил преподаватель, уже начи- ная пересматривать свое отношение к гвоздю. «И вы ему за это сразу тройку, да?» — гневно упрекнул Красильни- ков, и преподаватель смолк, сник, нечем ему было крыть, исправил он Верещагину тройку на пятерку, потому что собирался в ближайшее время защищать кандидатскую диссертацию и профессор Красильников снился ему в 47