b000002441

признается директор.— Но обстоятельства перемени- лись».— «Ничего, мы подождем в приемной»,— говорит темный лицом. Он тоже наконец открывает рот. «Это за мной?»— спрашивает Верещагин, проявляя жгучий интерес к личностям, вышедшим в приемную. «За тобой»,— кивает директор. «Ух, какие здоровые! — го- ворит Верещагин.— Я с ними не справлюсь». Он хочет сказать, что борьба, которая разгорится в приемной, когда он выйдет от директора, закончится не в его пользу. «Ерунда,— успокаивает директор.— Забудь. Продолжим разговор».— «Чего там продолжать,— говорит Вереща- гин,— раз ты санитаров вызвал».— «Санитары — ерун- да,— настаивает директор.— Помолчи. Дай подумать». И директор думает минут пять — с несвойственной для него наглядностью процесса: морщит лоб, вздыхает, вы- тягивает губы трубочкой,— раньше он этого никогда не делал. Раньше он, чем напряженнее думал, тем непрони- цаемей становился лицом. А тут стал вздыхать и вытяги- вать губы трубочкой. Так только дети думают и нижние чины; например, операторы или лаборанты; в крайнем случае, младшие научные сотрудники, в основном из тех, которые еще в новичках. Вышестоящие работники думают другим образом. Они не вздыхают, не вытягивают губы трубочкой. Глядя на них, некоторые даже начинают ду- мать, что они совсем не думают. Но это ошибка: выше- стоящие тоже думают. Но иначе. «Вот что,— говорит директор, подумав, как нижесто- ящий.— Ты уйди часа на два, а потом приходи снова. Я за это время все решу и скажу тебе». Верещагин грозит директору пальцем: «Хитрый ты,— и улыбается ему: — Я выйду, а они меня сцапают».— «Кто — они? — не понимает директор, он уже все за- был — это тоже одно из характерных черт мышления вы- шестоящих. «Особенно темный,— говорит Верещагин. Уж он меня сцапает так сцапает. И толстый тоже, я ду- маю, своего не упустит».— «Не сцапают,— обещает ди- ректор.— Я сейчас с ними договорюсь». Он выходит в приемную и договаривается. Когда Верещагин проходит мимо, толстый смотрит на него дружелюбно, а темный лицом вообще не смотрит. На улице Верещагин смеется довольным смехом. «Ну, вот я и вырвался,— смеется он.— Сейчас куплю билет и — поминай как звали». Он идет на вокзал, прикидывая по дороге, куда бы луч- 475