b000002441

бьют по троллейбусным автоматам — установив это, сле- дует отказаться от сравнения с Верещагиным,— он бьет себя в грудь совсем по другим мотивам, сходство здесь чисто внешнее,— Верещагин бьет самого себя, чтоб ост- рее почувствовать собственное существование, чтоб силь- нее ощутить обжигающую радость в груди — три раза бьет Верещагин по ней, но этого, конечно, мало. Этого, конечно, мало, и вот Верещагин оглядывается, озирается: чего бы еще сделать? Ему необходимо что-то совершить, произвести поступок, потому что какая же это радость, если она не завершена поступком? И тут в поле зрения попадает телефон, заваленный снежками, которых он налепил целую уйму из ненужных теперь листков. «Ага!» — говорит Верещагин себе, но так громко, что нижние соседи слышат тоже, они просыпают- ся, пялят друг на друга обессмысленные сновидениями глаза и спрашивают хриплыми спросонья голосами: «Ты что-то сказал?..» — «Нет, это ты сказала...» — «Не делай из меня дурочку, это ты сказал: «Ага!»...» — «Я прекрас- но слышал, сказала ты...» — «Не делай из меня дурочку, это был мужской голос...» — «Может, Алешка?» — «Не делай из меня дурочку, Алешке полтора года, у него не мужской голос, наверное, верхний сосед сказал...» — «Он разговаривает каждую ночь, по-моему, он кого-то приво- дит...» — «Женщину? В какой ситуации женщина может сказать ночью: «Ага!»?..» — «Есть такие ситуации...» — «Тебе виднее, ты ничем не лучше его...» — «Перестань ругаться, я же не вожу в дом женщин, которые басом кричат «Ага!»...» — «Еще не хватало, чтобы ты приводил их в дом...» — «Надо пожаловаться в домоуправление...» — «Ты в сотый раз собираешься...» — «Все некогда, руки не доходят до этого идиота...» — «Какой ты мужчина, если у тебя ни до чего не доходят руки?..» — «Кое до чего у меня руки доходят...» — «Перестань, с ума сошел; кажет- ся, проснулся Алешка...» — «Слышишь, чем он орет? Он орет настоящим басом...» — «Неужели все-таки он сказал: «Ага!»?» «Ага!» — говорит Верещагин и подходит к телефону. Он дует на бумажные шарики с такой силой, что они раз- летаются и весело скачут по всей комнате, он крутит диск, не глядя на цифры — наконец он кому-то скажет, поде- лится радостью, а то все один и один. «А то все один и один»,— говорит он в трубку, хотя откликается мужской голос, а об одиночестве лучше всего разговаривать с жен- 374