b000002441

нельзя, и человек отваживается — он совершает свой пер- вый самостоятельный шаг. Он вглядывается в мир лихо- радочно блестящими глазами и видит в нем то, что есть, а не то, что видеть было велено. Странные песни начина- ет он петь. Глядя в прошлое, он видит будущее. Он ком- кает время и ломает причинно-следственные связи с нервным смешком. Его энергичность приводит в смятение выспавшихся людей. Он способен преодолеть и горы, и море, и горе, и мор. Кончики пальцев у него дро- жат. Воистину богами становимся мы, отказавшись от ежедневной субботы ночного замирания! Не так ли и с Верещагиным? Он не может заснуть. Он лежит на диване животом вниз, голова немного набок, чтоб легче дышать, и, по- скольку ему не спится, он сочиняет сон. То есть это он так думает, будто сочиняет сон, на самом же деле вовсе не сон. Но и не явь, конечно. Только в языке Господа Бога, которым он разговаривает с самим собой, есть слово для обозначения того, что происходит с Верещаги- ным. Он снова видит Прекрасную Планету, город желтых, то есть золотых, домов, и в самом большом из них, представьте, происходит Межгалактический Конгресс высокоорганизованных существ. Зал полон. В креслах сидят головастики, толстобрю- хие змеи, пульсирующие шары, барсуки с проницатель- ными взглядами, летучие мыши-ушаны с четками в мор- щинистых лапах. От каждой цивилизации — по пред- ставителю. Он, Верещагин, не в счет. Земляне еще слиш- ком низкоорганизованны, таких на Конгрессы не пригла- шают, но поскольку уж Верещагин волей случая оказал- ся здесь, его используют в качестве лакея. Он открывает в зале форточки, если душно, закрывает их, если кому дует, вытирает тряпкой следы, которые оставляют пос- ле себя некоторые мокроходящие представители, ме- няет щелочь в стакане для выступающих на фторис- товодородную кислоту, фтористоводородную кисло- ту на дезоксирибонуклеиновый сироп, дезоксири- бонуклеиновый сироп на холодноплазменный буль- он — каждому выступающему по вкусу, кому что надо. Пользуясь правом лакея везде совать свой нос, Вере- 302