b000002441

но».— «Смотри у меня!»— строго высказывается Вере- щагин. Он-то знает, что нормально не будет, это же его сон, он сам его сочиняет и специально устроил себе опоздание, чтоб Ия загрузила шихту без него и ошиблась и чтоб из-за этого вышло что-нибудь очень интересное и страшное, как в настоящем сне. Все предусмотрено, все предопределено — как в настоя- щем сне. А дальше? Поколебавшись, Верещагин решает увести Ию в свой кабинетик, где усаживает ее на диван, и вот начинается беседа.. О чем Ия рассказывает? О своей первой любви. Она и в самом деле рассказывала Верещагину эту историю, и теперь ее первая любовь попадает в сон без всяких изменений,— ведь только плохие сны состоят сплошь из выдумок, в хорошем сне должна быть еще и реальность — этому Верещагина учить не надо, он не новичок, слава богу, насмотрелся за свою жизнь снов и знает, как они делаются. Необычно четко видит он, как сидит в кабинетике, слушает рассказ Ии, покуривает. Пепел от папиросы па- дает на брюки, Верещагин спешно его сдувает — он в лучшем своем голубом костюме. Конечно, это невозможно, чтоб он надел на работу единственный свой приличный костюм, но — вот она, не- реальность сновидений! — Верещагин в цехе и на нем его лучшая одежда. А Иины глаза как два озера, разделенные горным хребтом носа — девушка с такой внешностью обречена на безвзаимные чувства, и вот она рассказывает о своей первой любви, ей легко знать, что эта любовь — первая, потому что других у нее не было. Она рассказывает тихо, смотрит в одну точку, лежа- щую где-то на правом плече Верещагина,— постепенно ему начинает казаться, что он и сам уже ощущает эту довольно тяжеленькую точку, он даже чуть приподнимает плечо, чтоб удобнее было эту точку держать. Ия смотрит на нее и смотрит. Значит, было вот так. Поехала Ия после восьмого клас- са в деревню к бабушке и там увидела юношу, который тоже приехал из какого-то города отдыхать. Он проводил время в своей компании и на Ию не смотрел. Только од- нажды прошел совсем близко. Так близко, что рукой можно было достать. 232