b000002441

ман. Им нужно остудить в своих головах дроссели, пе- регретые индукционными токами, вот в чем дело, а также хоть иногда послать высококачественную переда- чу или принять очередные указания свыше без помех. И Верещагиным владело такое желание. Тем более что в последнее время связь у него совершенно разла- дилась. Вот он и загребал все дальше и дальше. Вдруг откуда ни возьмись появился маленький ка- терок. Он с огромной скоростью помчался на Вере- щагина и его матрац. Он был уже совсем рядом — рукой подать. А ско- рость все не снижал. Даже будто наоборот. Казалось, каюк Верещагину, но метрах в двух кате- рок остановился так внезапно, будто вмерз вдруг. Просто даже удивительно, что существуют катерки с такими тактико-техническими данными. Могучий катерок. А в нем — пограничник. Он сердито оглядел Вереща- гина и спросил: «А ты дальше заплыть не мог?» «Мог»,— ответил Верещагин несколько хрипловатым голосом, потому что отвык от общения с людьми, но больше от страха, который нагнала на него фантасти- ческая скорость катерка и не менее фантастическая остановка. «Ну-ка поворачивай, мать твою так, обратно,— выра- зился пограничник.— А то затылком врежешься в Шве- цию и будет больно». Он выразился так потому, что Верещагин, лежа вверх животом, плыл головой в сторону капиталистического государства под названием Швеция, где очень скалистые берега у заливов, именуемых фиордами, и врезаться в них затылком действительно считается довольно болез- ненным. Пограничник добавил еще несколько не очень хороших слов, сорвался на своем катерке с места и исчез. Про- сто удивительно, что наряду с победоносным развитием техники наблюдается такое отставание морально-эти- ческого совершенствования. Человек, пользующийся по- добным замечательным катерком, должен выражать свое недовольство совсем не теми словами, какими высказы- вался его пращур, восседавший в кривой лодке, выдолб- ленной из дубового бревна, однако мы этого пока еще, к сожалению, не наблюдаем. 162