b000002434

121 волновало. Чем кормятся и как живут домашние, этим он не ин- тересовался. Да и общаться с малограмотными любовницами уже не хотелось. Стыдно за их отсталость. Клавдию Одинцову он во- обще привёл в дом как работницу. А вторую, хохлушку, на пристани приголубил. За целковый перед каждым встречным подол за углом поднимала. Баба Марыся смазливая, грудастая, со второго подхо- да понравилась. Завёз по пьянке домой, чтобы Клавдию пристру- нить. Своё место ей указать. С Марысей и форс был другой. Бывало, крадётся, как блудливая кошка, к трактору с поднятым подолом по пашне. Как тут такой момент на зависть всем мужикам и в укор ту- поумным колхозницам упустить. Трактор посреди гона застревает. А её белые пухлые ручки, накрепко вцепившись в блестящие колёс- ные шипы, держат его. Из-за рокота мотора слышны стоны любвео- бильной хохлушки, которая, согнувшись, пытается натужно толкать трактор в колесо. Раскрасневшийся Завал с гордым видом помогает ей сзади. Прямо скажу, картина новой колхозной жизни, наряду с приписками обнаглевшему ударнику, с отвращением обсуждалась людьми. И мало кто догадывался, что подобное сексуальное по- ведение ему нужно было для отмазки, оправдания от других, куда более серьёзных проступков. Оговаривают, завидуют – да мало ли сколь ярлыков могут навешать на коммуниста-орденоносца враги Советской власти? Стыдился хозяин революционной отсталости сожительниц-любовниц и женой ни одну из них не считал. Первая чистоплюйкой оказалась. Ей, цаце, не нравится, что керосином от него пахнет и в баню не ходит. Поработала бы с его, околела бы от тряски и шума. Другая по-прежнему недели напролёт с поднятым подолом деньги зарабатывает на содержание своих и прижитых с благодетелем двоих детей. Но всё же был один сынок от Клавдии у знатного тракториста – Паша. По метрикам записанный на него За- валов Павел Викторович. Из-за своей постоянной занятости Завал забывал, кто из двоих женщин его мать. Частенько забывал, и как сына зовут. Вот об этом его отпрыске – Павле Викторовиче Завалове, и всплывёт информация в дальнейшем нашем повествовании. Связа- на она будет с людскими трагедиями и немыслимыми по меркам