b000002431

38 — Добровольно я с вами не поеду. Арестовывайте. Надевайте наручники, пока я дров не наломал. От знакомого следователя он знал, что в недрах КГБ после мар‑ товского XX съезда вышло распоряжение. Без крайней необходи‑ мости раненых и контуженых фронтовиков не арестовывать. Не‑ предсказуемый этот народ, нервный: то стрелять начинают, то гра‑ нату взорвут. Их категоричный, властный тон напугал меня. Я заплакал, го‑ товый с кулаками защищать отца. Ещё громче закричали мать, брат и сестра. Одна бабушка осталась невозмутима. Оттолкнув плечом рядом стоящего милиционера, за руки увела нас, ревущих, в кухню. Через раскрытую дверь до нас доносились голоса. — В чём меня обвиняете? В чём причина ареста? Словами ки‑ дайтесь поаккуратней. Задержан – одно, арестован – другое. Держа руку на кобуре, капитан заговорил: — У нас есть информация из проверенного источника, что вы являетесь расхитителем колхозной собственности. Торгуете укра‑ денными пиломатериалами. — Так бы и объяснили сразу, а не брали на испуг. Небоязли‑ вый, — распалялся отец. — Гвардейцы-десантники в плен не сда‑ ются, нас в сорок втором подо Ржевом немцы в плен не брали, рас‑ стреливали сразу. Отец вынул из планшетки несколько накладных, выписанных учётчиком райтопа. —Колхозной собственностью здесь даже и не пахнет. Строевой лес мыпоследнее время не пилим. Люди освободятся от полевых работ, своими силами делянку будем разрабатывать. Кто вас интересует? — Алепинский Солоухин и ещё кое-кто. — По Солоухину – вот накладная. Получил, отпустил, разре‑ шил. Все подписи. Отправить ему её не успел. Как видите, моей подписи в ней нет. Еще раз повторяю: брёвна райтопа. Пильщи‑ ки доски пилят для них по договорам. К вашему сведению, я кол‑ хозный лесник. Пошли вон!.. Не забудьте отметиться у доносчи‑ ка. Обнаглели, пока мы за вас воевали. Нас, не добитых немцами, добиваете по доносам.