b000002431

39 Забрав солоухинскую накладную, оглядываясь, гости удали‑ лись. А у дома уже собрались несколько односельчан. Они слышали громкие голоса и детский крик. Чокнутый сосед, Иван Батьков, пу‑ гая своим видом милиционера – шофёра «Победы», ходил круга‑ ми вокруг машины. Источенным, как штык, железным подосником от телеги намеревался пробить радиатор. Колесо пробить не смог и недовольный бубнил: — Ну и техника, … ё… п… т. Работягу забирают. А вредителю- сексоту (секретному сотруднику) деньги платят. Уря, да здравствует Советская власть. На кой ляд она нам такая нужна? Вечерело. По небу плыли тяжёлые осенние тучи. Косяки кри‑ кливых гусей и журавлей потянулись к югу. Предупреждающе за‑ крапал дождь. А в поле ещё простаивает ленок и не убрано два поля картошки. На пригорке показался табунок бегущих домой овец и коз. За‑ мыкала шествие одинокая корова. —Жизнь ты наша деревенская! – с оглядкой на небо, выговорил кто-то из встречающих скотину. Дожидаться вызова на правление колхоза и присутствовать на нём Митяков не собирался. Не являясь коммунистом, он всегда высокопарно заявлял: «Меня партия поставила работать бригади‑ ром при коллективизации и освободить может только она». Распре‑ делив утром людей на работу, он на выездной лошади поехал в сель‑ совет, из него в райком и милицию. Его желание подстраховаться не увенчалось успехом. По просьбе колхозников правление решило бригадира андаровской бригады Митякова освободить от занимае‑ мой должности как не справляющегося со своими обязанностями. На его место впервые был избран, а не назначен мой отец. Лес‑ ником назначили мать. А Евдоким всё ездил и ездил по инстанци‑ ям с неизменным трофейным портфелем, ища ожидаемой помощи и поддержки. К нам в дом вечером зашла его жена и попросила отца: — Саша, не забирай пока лошадь у Евдокима. Пусть перебесит‑ ся. Боюсь, стога бы жечь не начал. Медок и все домашние сбереже‑