b000002431

16 на этих бездельников в колхозах ишачим по звонку. Павлуша рас‑ сказывал, после армии ты окончил Литературный институт, поэтом стал, видным журналистом, семьёй обзавёлся. Дай бог тебе счастья и здоровья, сынок. И упаси тебя боже с властью конфликтовать. После купания в дождевой воде в огромной бочке и переоде‑ вания штанов меня, брата Вову, сестру Галю и младшенького Вась‑ ка бабушка усадила обедать за стол в кухне. Запахи хлеба и укропа наполняли её. Ели деревянными ложками из маленьких глиняных с глазурью мисочек окрошку с хлебом. На второе под чай – свеже‑ выпеченные ржаные медовые пироги со щавелём и земляникой. Следователь Павел Егорович Гудков, отобедав, уехал по своим де‑ лам, поблагодарив бабушку. Из зала – так называли гостиную – через открытую дверь раз‑ давались голоса дяди Пани, дяди Володи и бабушки. Эту гостевую комнату родители содержали в образцовом порядке. На окнах висели красивые раздвинутые занавески с кистями на подборах. На стене красовались две картины, писаные дедом. Молчаливы‑ ми взглядами изучали присутствующих прадедовские иконы, ви‑ севшие в красном углу. Бронзовая керосиновая лампа-«молния» с ангелами на отражателе, висела на потолочном кольце, удивляя гостей изящностью. Бабушка вспоминала, как Володя подростком холодной зимой, подменяя отца, уехавшего к старшему сыну Константину во Влади‑ мир, работал на колхозной лошади. По наряду возил на санях с под‑ санками из андаровского леса в Алепино брёвна. Заезжал погреться и обедать. Рассказывал новости. Дядя Володя шутливо рассказывал о своих визитах с подругами и невестой Мареллой в гости на московскую квартиру к Павлу Ан‑ дреевичу во время службы в армии и учёбы в институте. Голодное было военное и послевоенное время. Жареная картошка с луком и бараньим салом, со шкварками, под солёные огурчики с квашеной капустой – какое это было счастье. Как горячило кровь домашнее креплёное вино. Вдруг меня позвал в зал Павел Андреевич: «Сашок…». Так про‑ звала меня бабушка, а отца – Саша.