b000002429

Татары прослышали о приготовленіяхъ новгородцевъ къ отчаянной оборонѣ. Но сами новгородцы приписывали единодушно свое избавленіе Всеблагому Провидѣнію. „Новъ же городъ заступи Богъ и св. Софія“. Направляясь на югъ, въ степи половецкія, татары продолжали неутомимо свирѣпствовать. Всѣ города по лѣвую сторону Днѣпра были взяты и разрушены. Городъ Ко- зельскъ оказалъ особенно упорное и мужественное сопротивленіе, зато при взятіи его всѣ защитники были избиты „и до отрочатъ" 82).., Зимою 1240 года татары взяли и разорили Кіевъ. Казалось, сила та­ тарская не уменьшалась отъ безчисленныхъ битвъ. Чувство ужаса невольно сказывается въ словахъ лѣтописца. „ГІриде Батый Кыеву въ силѣ тяжцѣ, многомъ множьствомъ силы своей, и окружи градъ и остолпи сила татар­ ская, и бысть градъ въ обдержаньи велицѣ... И бѣ Батый у города и от- роци его обсѣдяху градъ, и не бѣ слышати отъ гласа скрипанія телѣгъ его, множества ревѣнія вельблудъ его, и рьжанія отъ гласа стадъ конь его“ 83)... Сопротивленіе кіевлянъ было чрезвычайно упорно, но безполезио. „Стрѣлы омрачали воздухъ, копья трещали и ломались “. ІІо трупамъ кіевлянъ варвары вломились въ городъ. Отчаянная оборона ожесточила ихъ до крайности... „Древній Кіевъ исчезъ, и навѣки“ 8і). Камня не осталось на камени, кромѣ двухъ-трехъ полуразрушенныхъ церквей да одного придѣла среди разва­ лишь Печерской обители. Уцѣлѣвшіе иноки иногда собирались сюда для бого- служенія, заслышавъ унылый и протяжный звонъ колокола. Изъ Южной Россіи татары направились въ Венгрію. Европа содрогну­ лась въ виду грознаго нашествія, но отъ Голомуца (въ Моравіи) татары обратились назадъ и расположились на берегахъ Волги. Поволжскія и подон- скія степи стали ихъ главнымъ мѣстопребываніемъ. Впослѣдствіи все цар­ ство Батыево получило названіе „Золотой Орды“ . Наступило монголь­ ское иго. „Умилительное, высокое зрѣлище представила русская земля въ эту критическую минуту своей исторіи, о которой нельзя вспоминать безъ благо- говѣнія!“ — восклицаете историкъ. Святая Русь была соісрушена, но послѣ мужественной обороны. Воины, дружины, бояре, отроки—всѣ честно испол­ нили свой долгъ и положили животъ свой за отечество, за вѣру христіан- скую, въ непоколебимой надеждѣ имѣть вѣнцы мученическіе на томъ свѣтѣ. Терпѣніе, русская добродѣтель по преимуществу, преданность въ волю Бо- ж.ію проявились здѣсь блистательно, и смиренные лѣтописателп заключаютъ обыкновенно свои прискорбныя писанія слѣдующими словами: „Се же бысть за грѣхи наши... Господь силу отъ насъ отъя, а педоумѣніе и грозу, и страхъ, и трепете вложи въ насъ за грѣхи наша1 85). Но если насъ до глубины души трогаютъ и утѣшаютъ нравственный качества, проявленным нашими предками въ годину испытанія, то съ другой стороны приводитъ въ ужасъ картина разрушенія, которую представляло наше отечество послѣ погрома Батыева. „Казалось, что огненная рѣка про­ мчалась отъ восточныхъ предѣловъ до западиыхъ, что язва, землетрясеніе и всѣ ужасы естественные вмѣстѣ опустошили ихъ“ 80). Судя по страшному впечатлѣнію на современниковъ, можно сказать, что ни прежде, ни иослѣ того не приходилось русскому народу испытывать такого бѣдствія, которое такъ же сильно потрясло бы крѣпкую натуру русскаго человѣка, какъ на- шествіе Батыя. Груды развалинъ вмѣсто цвѣтущихъ еще такъ недавно селъ и городовъ, бѣлѣющія кости множества непогребенныхъ людей, поля, за- Св. Александръ Ыевскій. 4