b000002429

скихъ со всѣхъ сторопъ. Дружина княжеская подается пазадъ. Сраженіе превращается въ ужасное побоище. Великій князь убитъ. Кругомъ его снопьями полегли его дружинники. Остальные въ ужасѣ разбѣгаются. Это было 4-го марта, всего нѣсколько дней спустя послѣ взятія Владиміра. Рядъ кургановъ по рѣкѣ Сити съ находимыми въ нихъ скелетами, носящими слѣды тяжелыхъ ранъ, указываетъ на то, что бѣжавшіе повременамъ оста­ навливались, пытались отбиваться, снова бѣжали... Какъ глухіе звуки, до- носящіеся изъ глубины вѣковъ, звучатъ мѣстныя названія: Рѣзанино, Ста- ново, Сторожево, Боронишиео, Могилицы, Юрьево 18)... Братья и племянники великаго князя спаслись бѣгствомъ, по попался въ плѣнъ одинъ изъ послѣднихъ — Василию Константиновичъ, сынъ Кон­ стантина Всеволодовича. Это былъ юноша цвѣтущей красоты, съ свѣтлымъ и величественнымъ взоромъ. Наслѣдникъ отцовскихъ добродѣтелей, онъ от­ личался отвагою, яснымъ умомъ, познаніями, благороднымъ характеромъ, кротостью и великой добротою. Всѣ знавшіе горячо любили его. Кто слу- жилъ ему, кто ѣлъ хлѣбъ его и пилъ съ нимъ чашу, говорили про него, тотъ ужъ не могъ быть слугою другого князя. Схваченный врагами, онъ едва дышалъ: битва, голодъ и неутолимая скорбь сокрушили его силы, по онъ отказался принять пищу изъ рукъ враговъ. Пораженные его наруж­ ностью, татары предлагали ему соединиться съ ними и стать слугою Батыя. — О, темное, злое и скверное царство!— вскрикнулъ князь.— Лютые кровопійцы, враги отечества и Христа! Какъ я могу быть заодно съ вами? Бы отдадите Богу отвѣтъ за то несчетное множество душъ, которьтя вы по­ губили безвинно. Опъ, правосудный, предастъ васъ за нихъ мукамъ въ без- конечные вѣки! Потомъ, возведя очи къ небу, князь взмолился: „Господи Іисусе Хри­ сте, много разъ помогавшій мнѣ въ бѣдахъ! избави мя отъ сихъ нлото- ядецъ!“ Но, взглянувъ на свирѣпыя лица враговъ, на ихъ глаза, иалив- гаіеся кровно отъ ярости, видя, что они схватились за оружіе, восіслик- пулъ: „Господи Іисусе Христе! Вижу, младость моя погибаетъ желѣзомъ... Помоги христіанамъ, спаси жену мою, дѣтей моихъ, епископа Кирилла... ІІріими духъ мой, да и азъ почію во славѣ Твоей“ и ')... И абье безъ милости убіепъ бысть. Тѣло его татары бросили въ Шеренскомъ лѣсу. Этотъ лѣсъ находится на рѣкѣ ІІІсрпѣ между Ярославскимъ и Углицкимъ уѣздами, на половипѣ дороги между Ростовомъ и мѣстомъ побоища, и здѣсь одна мѣст- ность до сихъ поръ носитъ названіе Васили. Ростовскій еиископъ Кириллъ нотомъ отыскалъ тѣло великаго князя и тѣло Василька, принесъ ихъ въ Ростовъ и положилъ въ собориомъ храмѣ Богородицы. Тѣло Георгія было безъ головы, но впослѣдствіи нашли и положили въ гробъ и голову. Горько рыдали русскіе люди при видѣ злой смерти своихъ князей... Разоривъ суздальскую землю, татары направились ісъ Великому Новго­ роду. При видѣ ужасовъ разрушенія у всѣхъ опускались руки, падало му­ жество ®п). Исчезали безслѣдно города и селепія. Багровое зарево пожаровъ обозначало движеніе страшной орды. Головы жителей падали, какъ скоше- ная трава... Не дойдя до Новгорода ста верстъ, татары поворотили на югъ. Историки объясняютъ это движеніе разными причинами. Батый устра­ шился разлива рѣкъ и озеръ при наступавшей веснѣ въ обильной водою мѣстпости. Здѣсъ сошлась облава, и Батый не захотѣлъ составить новой 8lj.