b000002429

163 обращеніемъ, въ Новгородѣ знали обо всемъ лишь по слухамъ. Лишь только татары разсѣялись по новгородской землѣ и начали сборъ дани съ обыч­ ными тиранствами, настроеніе иовгородцевъ быстро измѣнилось 342). Загу- дѣлъ призывный звонъ колокола, собралось бурное вѣче, на которомъ всѣ благоразумные совѣты заглушались неистовыми криками: „Смерть окаян- нымъ сыроядцамъ! Они осквернили своимъ присутствіемъ Великій Новго­ родъ, порѣшить ихъ!“ „Дайте намъ ихъ! Мы на куски разорвемъ ихъ, костей не оставимъ! “ „Къ оружію!" Озадаченные всѣмъ видѣннымъ, татары пришли въ ужасъ и обратились съ требованіемъ къ Александру: „Дай намъ сторожу ать не избыотъ насъ“ 34:і)! Кпязь немедленно распорядился, чтобы сынъ посадника собрали всѣхъ боярскихъ дѣтей и поставилъ стражу во- кругъ домовъ, занятыхъ татарами. Сграшныя волненія въ городѣ не пре­ кращались. Разгорѣлась вражда богатыхъ и бѣдныхъ. Поводомъ къ этой враждѣ послужило то обстоятельство, что татары при раскладкѣ и сборѣ дани не принимали во внимаеіе достатка плателыциковъ, а считали только число душъ въ каждомъ семействѣ. Понятно, что для богатыхъ гражданъ гораздо удобнѣе было согласиться платить сравнительно легкую для нихъ дань, чѣмъ подвергаться риску при нашествіи потерять все. Они старались склонить народъ къ покорности. — Своимъ сопротивленіемъ вы наведете гнѣвъ ханскій на городъ. Припомните, какъ вся русская земля, кромѣ насъ, ополчалась на татаръ. Что жъ, развѣ устояла она? Что сталось съ Кіевомъ, Владиміромъ и дру­ гими городами? Вы хотите, чтобы и съ Новгородомъ было то же самое!? Развѣ хватитъ нашихъ силъ? Вѣдь вмѣстѣ съ своими полчищами ханъ по­ шлете противъ насъ и всѣ русскіе полки. — Вы боитесь нашествія, потому что у васъ много всякаго добра, а намъ терять нечего! Развѣ это— правда, что окаянные берутъ одинаковую дань съ богача и бѣдняка? Что легко богатому, то смерть бѣдняку! Вы со­ храните свои богатства, а мы должны для этого продать свободу новгород­ скую и принять тяготу на себя и на дѣтей нашихъ! Да не будетъ этого! Лучше смерть, чѣмъ позоръ! Умремъ честно за св. Софію и за домы ан- гельскіе! Кто добръ, тотъ по св. Софіи и по правой вѣрѣ 344)! Между тѣмъ татарамъ наскучило вынужденное бездѣйствіе, и они объ­ явили новгородцамъ: „дайте намъ число или мы убѣжимъ" U5)! Бояре ста­ рались отговорить ихъ отъ бѣгства и рѣшились было ударить на толпу, но въ концѣ-концовъ и у нихъ недостало единодушія. Многіе ужаснулись при мысли пролить кровь гражданъ въ защиту „сыроядцевъ". Общее горе пре­ возмогло всѣ разногласія, и къ концу дня всѣ пришли къ единодушной рѣ- шимости сложить свои головы у св. Софіи... Несчастный городъ самъ обре- калъ себя на погибель. Александръ рѣшился поразить воображеніе народа рѣшительнымъ ша- гомъ: изъ городища, гдѣ онъ находился вмѣстѣ съ ханскими послами, въ городъ пришло извѣстіе, что князь внезапно удалился вмѣстѣ съ татарами. Отъѣздъ Александра подѣйствовалъ на толпу, какъ неожиданный громовой ударъ: новгородцы поняли, что доблестный князь, которому интересы Нов­ города не менѣе дороги, въ гнѣвѣ предоставлялъ ихъ собственной участи и всѣмъ послѣдствіямъ ханскаго гнѣва. Они вдругъ почувствовали себя оси- ротѣлыми. Ужасъ охватилъ всѣхъ... То обстоятельство, что князь на этотъ разъ даже не счелъ нужпымч. обратиться къ гражданамъ съ увѣщаніемъ,