b000002429

161 Оѣстаивать свободу и честь Великаго Новгорода, чей наконеідъ сыяъ княжиѣѣ въ немъ!.. Поставленный Александромъ посадникъ Михаилъ Степановичъ пытался было успокоить необузданные порывы народа, но его назвали измѣп- никомъ и убили 335). Увлеченный общимъ потокомъ, Василіп Александро­ вичъ раздѣлялъ общее чувство негодованія и выражалъ недовольство дѣй- ствіями отца, но, ужаснувшись при мысли, что вскорѣ придется ему пред­ стать предъ разгнѣваннымъ отцомъ и отдать ему отчетъ въ своихъ рѣчахъ и поступкахъ, бѣжалъ изъ Новгорода во Псковъ. Удаленіе князя повело по обычаю еще къ болышімъ безпорядкамъ. Противники Александра торже­ ствовали. Какой-то честолюбецъ, по имени Александръ, набравъ свойполкъ, захватилъ власть въ Новгородѣ и творилъ насиліе всѣмъ, кто не раздѣлялъ его мятежныхъ взглядовъ. Среди такихъ обстоятельству ве.тикій князь, вмѣстѣ съ татарскими численниками, прибылъ въ Новгородъ объявить граж- данамъ волю хана, а татары немедленно начали требовать дани. Новгород­ цы, увидавъ, что князь явился безъ военной силы, ободрились еще болѣе къ сопротивленію и наотрѣзъ отказались подчиниться требованіямъ татаръ. Александръ, хорошо знавшій новгородцевъ, понялъ, что прежде усмиренія мятежа и примѣрной кары неиснравимымъ подстрекателямъ трудно настоять на исполненіи воли хапской, и потому не препятствовалъ новгородцамъ, которые, отказавши въ покорности, собирались отпустить ханскихъ пословъ съ большою честью и дарами хаиу и такимъ образомъ показать, что они, уважая повелителя Кипчака, тѣмъ пе менѣе считаютъ себя народомъ неза- висимымъ 336). Послѣ отъѣзда татаръ Алексапдръ остался въ Новгородѣ. Его дѣй- ствія, направлепньтя къ усмиренію мятежа, отличались на этотъ разъ суро­ вой энергіей. Оиъ приказалъ схватить во ІІсковѣ своего сына, осмѣлив- шагося противодѣйствовать ему, и, лишивъ его княженія, отослалъ на ни зу то-есть въ суздальскую землю. Глава мятежниковъ, Александръ и злые со- вѣтники, сбившіе съ пути его благороднаго, но пылкаго и неопытнаго сына, были безпощадно наказаны зз;). Но несмотря иа крутьтя мѣры, борьба съ своеволіемъ парода была упорна, продолжительна и требовала напряженія всѣхъ снлъ со стороны Александра. Бъ городѣ продолжались буйства, сре­ ди которыхъ былъ убитъ новый посадникъ „Миша", можетъ быть, старый с п о д в и ж н и к ъ Александра и славный участникъ невской побѣды. Но Але­ ксандръ безстрашпо и неутомимо продолжалъ дѣло усмиренія. Его энергія тѣмъ болѣе изумительна, что онъ стоялъ одипъ лицомъ къ лицу съ взвол- нованнымъ народомъ, не имѣя подъ рукою своей суздальской дружины. На- конецъ, народъ, сознавъ свою неправду, покорился князю и избралъ по его указанію посадникомъ Михаила Ѳедоровича, изъ города Ладоги, вѣроятно, какъ человѣка, незамѣшаннаго въ споры враждовавшихъ партій, и тысяц- каго Жироху. Успокоившіеся новгородцы не роптали на суровыя наказанія, ностигшія злыхъ совѣтниковъ Василія, побудившихъ его дѣйствовать во­ преки отцовской волѣ, „всякъ бо золъ злѣ погыбаеть11. Поэтъ слѣдующимъ образомъ рисуетъ намъ бурпыя сцепы, происходившія въ то время въ Нов- городѣ: Въ шумной толпѣ и мятеясъ и раздоръ... В сѣ собралися концы и шумятъ... „Всѣ постоимъ за святую Софію!“— вопятъ „Дань ой несутъ отъ Угорской земли до Ганзы... „Нѣмцамъ и шведамъ отрашнѣй нѣтъ грозы... Св. Александръ Иевскін.