b000002429

жіей. „Такой же характеръ имѣетъ и та историческая или политическая аскеза, заключающаяся въ различпыхъ формахъ зависимости, которую вы- держпваетъ народъ, предназначенный для истинно-исторической дѣятельности. Эта зависимость, пріучающая .подчинять свою личную волю какой-либо другой (хотя бы и несправедливой), для того, чтобы личная воля всегда могла и умѣла подчиняться той волѣ, которая стремится къ общему благу,— имѣетъ своимъ пазпаченіемъ возведете народа отъ племенной воли къ со- стоянію гражданской свободы “ з п ). Такъ, премудрость міродержавпаго Промысла обращаетъ самое зло къ достиженію благихъ и полезпыхъ цѣлей. Тяжкіе уроки исторіи и жизни сокрушаютъ человѣческую гордыню и за- ставляютъ подчиняться высшему нравствеиному закону. Не съ большимъ ли смысломъ и чувствомъ преданности произносить человѣкъ, горькимъ опы- томъ извѣдавшій тщету однихъ человѣческихъ усилій, святыя слова: „Да будетъ воля Твоя!" Наши смиренные лѣтописцы выражаютъ тотъ же законъ исторіи и жизни, когда, повѣдавши объ исчисленіи и обложеніи народа данями, прибавляютъ: яСе же все бысть на Русьской земли грѣхъ ради на- шихъ “ 312). Краснорѣчивые проповѣдники тѣхъ временъ также старались разъяснить народу смыслъ постигшихъ его несчастій. „Не такъ скорбитъ мать, видя дѣтей своихъбольными, какъ скорблю я, грѣшный отецъ вашъ, видя васъ болящихъ дѣлами беззаконными... Че­ го мы не навлекли на себя? Какихъ паказаній мы не претерпѣли отъ Бога? Не была ли плѣнена земля наша? Не были ли взяты города наши? Не въ короткое ли время пали мертвы на землѣ отцы и братья наши?.. А мы, оставшіеся, не порабощены ли горькимъ рабствомъ отъ иноплеменниковъ?.. Мы и хлѣба пе можемъ ѣсть въ сладость. Огъ воздыханій и печали сох- путъ кости наши. Что же довело насъ до этого1 — Наши беззаконія и наши грѣхи, нагие непослуіааніе, наша нераскаянность'1-. „Господь павелъ на насъ народъ немилостивый, народъ лютый, народъ не щадящій ни юной красоты, ни немощи старцевъ, ни младости дѣтей, ибо мы подвигли па себя гпѣвъ Бога нашего... Разрушены Божіи церкви, осквернены священные сосуды, попрана святыня, святители сдѣлались до­ бычею меча; тѣла преподобныхъ ипоковъ брошены въ добычу птицамъ; кровь отцовъ и братьевъ нашихъ, какъ вода обильная, напоила землю. Исчезла крѣпость нашихъ князей, военачальниковъ; храбрые наши бѣжали, исполненные страха, а еще болѣе братьевъ и чадъ нашихъ отведеио въ плѣнъ. Поля наши поросли травою, и величіе наше смирилось, красота паша погибла, богатство паше досталось въ удѣлъ другпхъ, труды наши достались невѣрнымъ. Земля наша стала достояніемъ иноплеменниковъ... Свели мы на себя гнѣвъ Господа, какъ дождь съ неба, подвигли па себя ярость Его, отвратили отъ себя великую Его милость... Отступимъ отъ всѣхъ злыхъ дѣлъ, отъ разбоя , грабительсгпва , пьянства, скупости, обиды, воровства , лжи, клеветы, резоиманія (росгповщтества ) " зи). Такъ смотрѣли наши лучшіе люди того времени па постигавшія рус­ скую землю бѣдствія, такими же мыслями руководился, безъ сомпѣнія, ибла- говѣрпый князь, стоявшій во главѣ русская народа въ то тяжкое время, смиренно признавая въ грозиыхъ испытаніяхъ проявленіе Высшей Воли и лишь заботясь о томъ, чтобы тяжкіе удары окончательно не сломили народ- ныхъ силъ.