b000002359

Холодно. Утром, наверно, ударит заморозок, круто посолит траву застекли т льдом дорожные колеи. Бледно-синее небо, т а ко е чистое и целому; ренное, раскинулось над померкшими равнинами. Осень ограбила поля, опустошила огороды и отняла у придорожной берез золото листьев. И береза, нищая и убогая, протянула на дорогу руки ветвеі к а к з а подаянием. И только два-три листика—две-три заржавленных копейки - ж алко позвенивают от ветра на оголенных сучках. Сеются с неба сумерки. Нюрочка полна ощущением чистоты. На душе у нее т а к мирно и ясн( З а в тр а она наденет рыжие свои башмаки, которые носит только п праздникам , нарядится в ситцевое с цветами платье и, кокетливо виляя задод к а к это делают деревенские модницы, пойдет к обедне. Воображая себя расфран ченной и красивой, а на самом деле убогая и растерзанная, дурочка войдет церковь и встанет рядом с разряженными влух и впрах девками. Она понесе' младенчика к причастью, а потом приютится пред изображением Богоматери которая держит на руках маленького Иисуса. И тогда ей вспомнятся трога тельные слова молитвы: «яко Спаса родила еси душ наших». И Нюрочка будет молиться этими словами з а себя, распутную и несчастную, з а своего ребеночк; и « за вся христианы ...» Впереди на дороге вырастает черная тень. От неожиданности дурочка вздрагивает. Но, приглядевшись, успокаивается: ведь, это -ж е Михайло. — Домой идешь?—ласково мурлычет мужик, загородив Нюрочке дорогу:— А я тебе, Аненка, загадку загану, слушай: «девушка тоненька, дырочка маленька, пятеро держат, пятеро пехают, да двое надзирают». — Отштань, охайник. — Ничего охального т у т нет,—мурлычет Михайло, хищно поблескивая острыми глазами:— Отгадать очень просто: иголка. Сама она тоненькая, дырочка у нее маленькая, пять пальцей ее держат, да пять пехают, а два глаза надзирают. Дурочка молчит. Молчит холодное поле. Молчит кроткое небо, роняя з а гребень леса хвостаты е звезды. Аненк, ремонтщики тебе на брюшке нарисовали, как петух курицу топчет. Покажи, а? — Пушти... Я в бане шмыра,—рвется из железных рук Нюрочка, ,но мужик- крепко держит ее и непременно хо ч ет посмотреть на рисунок. — Я погляжу, смыла-ли. Положь ребенка-то на землю. — Наштудишь,—жалобно говорит дурочка. — Не настудишь. Мы скоро.—весь воспаленный и опьяневший от близости молодого тела- бормочет он и валит ее на придорожную траву, заиндевелую колючую. J — Ой, не трогай ,—молит Нюрочка,—грех: ж автра—праждник... — Молчать! Не разговаривать! Яро хрипит и страшно скрыхтает зубами Михайло. і Ж есткие руки бесстыдно блуждают по ее телу. Колючий ро.т раздвигает е е слабые мягкие губы. III. В будке тесно, грязно. Хворый огонек ночника борется с потемками. Нюрочка бросает на лавку свою нищенскую суму и устало садится.