b000002298

том смысле, как говорит наш народ: леший водит меня по л есу, будет тебе тень-то наводить. Может быть, академик экселленц Карл Карлыч фон Грот и лучше знает, как нам надо говорить и писать по-русски, но я разделяю мнение Пушкина, что лучше учиться русскому языку у московских просвирен и у его нянюшки Арины Родионовны... Но особенно и во всем он был против себя: стоило ему в долгих усилиях создать более или менее стройную систему жизнепонимания, как он первый шел против нее тихой сапой ночных дум и, как только ощущал он, что установленные им принципы стесняют его внутрен­ нюю свободу, так он поднимал против себя восстание. И не критики, но он первый находил недостатки в своих произведениях и бросал их в огонь, с удовольствием видя, как с течением годов созданное им становится объемом все меньше и меньше. — Я не понимаю, зачем я собственно иду на это собрание...— говорил он среди огневой карусели авто­ мобилей и дикой мешанины и гудков. — Ничего они не дают. Может быть, это указывает нам на то, что мы должны искать выходов не из русского тупика, не из немецкого, не из французского, а из всечеловече­ ского... — Но человеческих вопросов также нет, как нет вопросов русских, немецких, еврейских, английских...— возразил Философ. — Ибо не только нет однородного человечества, но нет однородных народов. Как можно решать какой - то дурацкий еврейский вопрос, когда ев­ рейство дало и Иисуса, и Ротшильда, и Троцкого, а в человечестве водятся и Франциски Ассизские и гангстеры? Одним нужна симфония Бетховена, а другим бокс. Одно Паскаль, другое — ваш друг Милюков. Поэтому - то так и глупы все эти фобии и филии: германофобство,