b000002298

Эмиграция считала его провокатором, агентом Москвы, а великий болярин де Пургин твердо заявлял, что он— агент сионских мудрецов, тайно правящих глупым миром из Нью-Й орка, а то, что он являлся тут скромным представителем какой-то шведской фирмы, это, понятно, была только ширма для обделывания своих темных де­ лишек на предмет погубления болярина де Пургин и, вообще русской эмиграции. По имени его не звал никто. Андрей Иванович не мог не отметить, что Философ не пускал к себе в дом, в семью, никого, никому нико­ гда не написал ни одной открыт даже в ответ на письма и снова, в сотый раз. прямо и косвенно назой­ ливо указывал на свое шведское происхождение. — Уверяю вас, что мне это совершенно все рав­ н о ...— прервал его раз Андрей Иванович. — Будь вы агентом большевиков, беглым каторжником, фальшиво­ монетчиком, до меня это нисколько не касается Мне вы интересны вашими широкими историческими и бого­ словскими познаниями. А в чем у них сегодня дело?.. — подкрепляясь на ходу, спросил он Философа. — Будет говорить агент атамана Семенова, собира­ ющий по Парижу русских под высокую руку михадо.. .— как всегда поправляя съехавшие брюки, отвечал тот с усмешкой. — Да и вообще будут искать способов спасения, ибо воды потопа настигают. Будут, говорят, и сторон­ ники переселения в Парагвай и даже чающие амнистии. Вообще, сто голов — сто умов, как говорится. . . А у вас что новенького? — Мне из всех новостей больше всего понравилось известие об исправлении Библии под редакцией Гит­ лера. .. — К сожалению, этому неучу такое дело не по силам .. .— засмеялся Философ. — Но одно скажу вам: я не перестаю изумляться этой книге. Никакого перевода