b000002298

пруд на Смоленской дороге, над которым стоял кн. Ан­ дрей, глядя, как в грязной теплой воде полощется там chair á canon. И подумал он брезгливо: chair á machine. .. И а canon, конечно, тоже... — А - а, здравствуйте! . . — улыбнулся ему Философ, на которого он в толпе налетел. — Стань вот к дому — по-шведски обратился он к мальчику, который робко смотрел на Андрея Ивановича. — Мы сейчас пойдем . . . Ваши москвичи все ставят на мировую революцию — чорт их знает, кажется, в конце концов ставку они и возь­ мут! .. поправляя штаны, кивнул он на шествие рабочих, которые с одушевлением, но нестройно все пели свой Интернационал. — Ничего нет удивительного . . . — неохотно отве­ чал Андрей Иванович, которого опять неприятно резнула комедия Со шведским языком: и ребенка для чего-то при­ учил уже врать, подумал он.—В мире больше 30,000,000 безработных — союзников среди них набрать можно... — Нам, интеллигенции, так прижатой теперь капи­ талом, собственно, следовало бы встать в эти ряды.. .— осклабился Философ. — Едва ли ей будет в этих рядах слаще . . . — нехотя отвечал Андрей Иванович больше для себя.— Русский опыт достаточно красноречив — Европейские рабочие покультурнее...— улыбнул­ ся Философ. — Смотрите, не просчитайтесь с этой культурно­ с т ь ю !..— хмуро отвечал Андрей Иванович. C'est la lutte finale. — кричали, широко разевая рты и делая грозные глаза, рабочие, — Levons-nousetdemainL'Internationale Seralegenrehumain!