b000002298

— А-а, Алеша ! . . И вы вышли подышать? Давайте мы посидим с вами... Лялька сейчас же возревновала: она хотела быть с Колей всегда только вдвоем. Она решительно не пони­ мала, как он может, повидимому, так легко жертвовать этим одиночеством по всякому поводу. Конечно, бедного Алешу жалко, но а все - таки. . . Она не замечала, что Коля стал незаметно избегать этих вечерних прогулок вдвоем с того вечера, когда он ходил к Галочке чинить пианино... Не прошло и пяти минут, как молодые люди уже ушли в те тяжелые современные темы, которые томят молодые сердца. — Может быть, на собрании наших покойников я и был слишком резок, но как же замалчивать, когда они так явно оскандалились? — тихо говорил Алеша, чертя тростью по песку какие -то вавилоны. — Разве не их бес­ силием и трусостью создан современный ад? Они кричат о морали, об идеалах, но настоящей веры у них нет ни во что. Ни для кого, увы, не секрет, что между мною и отцом нелады, и давно. Но как же могу я следовать за ним? Он всегда ставил на либерала, но это не помеша­ ло ему просить у царя титул графа, по боковой линии, от дяди, у которого не было наследников: мы совсем не графы, в чем, между прочим, я большой беды не вижу. И вот он выклянчил графа, потом камергера, а теперь, когда жалкий Николай I I привел Россию к катастрофе, он всячески поносит его — втихомолочку. Здесь ему по­ казалось неудобно, что он имеет сына, который на этот титул прав не имеет, и вот, считая, и вполне справед­ ливо, Кирилла прохвостом, он тем не менее шлет ему всеподданнейшую слезницу, чтобы титул перешед и на меня, которому он — прежде всего по нищете моей — ре­ шительно ни на что не нужен... Так где же тут тот