b000002296

отборъ изъ того, что создано въ области религіозно-философской мысли Востокомъ, и прибавляютъ: такъ говоритъ Востокъ ». Между тѣмъ, Востокъ говоритъ не только это: онъ говоритъ и о кастахъ, и о колесницѣ Джагернаута, и объ идолахъ Будды, предъ которыми особыя мельнички читаютъ молитвы за вѣрующаго, которому са мому некогда заняться этимъ. Это все равно, какъ если бы мы поѣхали на Востокъ и стали бы тамъ проповѣдывать, что говоритъ Францискъ Ассизскій, Рескинъ, Тол стой, Паскаль. И прибавили бы: вотъ что говоритъ міру Западъ. На это намъ люди Востока совершенно справедливо возразили бы: а пушки, а водка, а умирающіе съ голоду въ вашихъ милліонныхъ городахъ? А костры мучениковъ за вѣру? А аэро планы, бросающіе бомбы въ осажденные города, въ дѣтишекъ? . . «Свѣтъ съ Востока». . . Не съ Востока свѣтъ и не съ Запада, а отовсюду, и это вотъ оспариваніе свѣта — отъ меня онъ или отъ тебя — есть уже затемненіе его. Въ саду. Уже пахнетъ осенью. . . На нѣкоторыхъ деревьяхъ появился уже желтый листъ, и дозрѣваютъ въ моемъ саду послѣдніе плоды. И легкая нотка грусти слышится во всемъ. . . И подумалось: и мы тоже старыя деревья, на которыхъ среди желтыхъ листьевъ ихъ висятъ, созрѣвая, плоды, дѣти. И созрѣютъ, и бросятъ сѣмена, и сѣмена тѣ прорастутъ, и зацвѣтутъ, и обвѣшаются въ свою очередь плодами въ то время, какъ мы всей нашей жизнью будемъ лежать у ихъ корней, давая имъ соки для работы. И дерево жизни людской будетъ цвѣсти, все цвѣсти, безъ конца. . . И только объ одномъ надо намъ заботиться: чтобы дать имъ, грядущимъ, дѣй ствительно питательные соки для продолженія ихъ дѣла. . . Осень.. . Все хорошо, все прекрасно, — даже эта легкая нѣжная грусть предъ разлукой.. . О свободномъ воспитаніи. Они неправильно понимаютъ свободу. Свобода совсѣмъ не въ томъ, чтобы чело вѣкъ дѣлалъ все, что ему взбредетъ въ голову, а въ томъ, чтобы онъ былъ способенъ оставаться самимъ собой при всякихъ внѣшнихъ обстоятельствахъ, несмотря ни на что. Если мы воспитываемъ ребенка, придерживаясь перваго пониманія свободы, мы рискуемъ сдѣлать изъ него хулигана; при второмъ пониманіи, можетъ быть, изъ него и выйдетъ человѣкъ. Говорю «можетъ быть» потому, что я не твердо вѣрю въ возможность сдѣлать изъ ребенка все, что намъ хочется: есть что-то въ немъ, что его дѣлаетъ тѣмъ или другимъ, несмотря на всѣ усилія воспитателя, и часто въ публичномъ домѣ вырастаютъ святые, а въ монастырѣ — разбойники. Можетъ быть, это наше безсиліе объясняется лучше всего широко понятымъ закономъ Кармы, въ величавой мощи котораго убѣждаешься тѣмъ больше, чѣмъ старше становишься. Жи з н ь . Въ жизни, какъ въ развалинахъ Помпеи: какая судорога, какой ужасъ, — да, но вотъ, посмотри, на развалинахъ гнуснаго лупанарія цвѣтутъ нѣжныя, прелестныя маргаритки.