b000002296

Мгновені е. Какая бездна, какая безконечность въ каждомъ мгновеніи, въ каждой се кундѣ! . . Статистика говоритъ, что каждую минуту на землѣ умираетъ что-то шесть десятъ человѣкъ, а рождается нѣсколько болѣе, и это только однихъ людей, а если взять всѣхъ живыхъ существъ, слоновъ, обезьянъ, треску, птицъ, инфузорій, мухъ, то можно сказать, что каждое мгновеніе въ крошечные предѣлы Земли врывается какая-то Ніагара, какой-то страшный океанъ живыхъ существъ, и каждое мгновеніе гибнутъ они милліардами, и въ каждой секундѣ заключено въ одно и то же время и рожденіе, и смерть, и начало, и конецъ, и любовный огонь, и страданіе, и дума, и желаніе, все это слитое вмѣстѣ, свѣтлое и темное, горестное и радостное, пре красное и безобразное, противорѣчивое и единое, Одно.. . Мы горестно говоримъ иногда, что жизнь наша — мигъ, но, углубившись думой въ себя, мы въ священномъ ужасѣ и восторгѣ постигаемъ, что мгновеніе это цѣлая жизнь, безпредѣльность, «вѣки вѣковъ». Въ одно мгновеніе можемъ мы обѣжать звѣздное небо и включить въ душу свою всю горящую безбрежность міровъ, въ одно мгновеніе можемъ мы пронестись мыслью чрезъ Платона, фараоновъ, ведическіе гимны до питекантропоса, до ихтіозавра, до той темной бездны, надъ которой въ началѣ временъ носился свѣтлый Духъ Божій, тоскуя о твореніи, предвкушая въ упоеніи всю его радость и красоту. Мгновеніе это колоссальная жизнь, а наша жизнь это безконечные бусы изъ этихъ безбрежныхъ мгновеній-міровъ, это свѣтлый рой колоссальныхъ секундъ, это Млечный Путь, Великій Океанъ, въ которомъ каждая капля включаетъ въ себя всѣ океаны, всѣ звѣзды, всѣ міры. . . О п о к о ѣ . «Пріидите ко Мнѣ всѣ труждающіеся и обременные и Азъ упокою васъ», — ска залъ Смутный и Изумительный и я не знаю ни одного человѣка, котораго не вол новали бы эти обѣщающія слова, у кого не вызывали бы онѣ въ душѣ торжествен наго и немножко грустнаго чувства. Несомнѣнно, Онъ хотѣлъ упокоить, хотѣлъ искренно, какъ все, что Онъ дѣлалъ за Свою короткую, удивительную жизнь на землѣ, но Онъ обманулся и Самъ, и обманулъ милліоны труждающихся и обреме ненныхъ, которыхъ Онъ такъ жалѣлъ. Правда, иногда, въ особенно удачныя минуты человѣкъ и находитъ на короткое время у ногъ Его покой, но вообще, въ массѣ, человѣчество, пойдя за миражемъ имени Его, нашло не покой, но костры инквизиціи, окровавленныя арены, крестовые походы, безконечныя войны за вѣру, безконечныя преслѣдованія и никакъ, никакъ не покой! . . И потому болѣе правъ Онъ, когда говоритъ, что не миръ принесъ Онъ на землю, но мечъ, принесъ раздѣленіе, принесъ вражду страшную, принесъ человѣкоистребленіе — Онъ, который весь любовь, который весь мягкость, весь свѣтъ! И слова Его объ упокоеніи всѣхъ труждаю щихся и обремененныхъ и слова Его о мечѣ, принесенномъ на землю, конечно, явно противорѣчатъ однѣ другимъ, но въ то же время человѣкъ не чувствуетъ отъ этого никакого ущерба Его свѣтлой, изумительной, хотя и смутной, фигурѣ. Въ Немъ все какъ-то примиряется и никакія противорѣчія не страшны въ Немъ, какъ, впро чемъ, не страшны онѣ и вообще въ жизни, мало считающейся съ законами разума и логики и ничего отъ этого не теряющей.