b000002296

К ар т и н к а . Бурный осенній день.. . Среди необозримаго моря по сѣдымъ волнамъ несется въ сѣрую даль темный пароходъ. . . Густой дымъ черной лентой стелется по низкому сѣрому небу. . . Изъ волнъ доносится печальный плачъ невидимой чайки.. . Вотъ въ одномъ мѣстѣ облака посвѣтлѣли, — вотъ-вотъ брызнетъ веселый яркій лучъ солнца. . . Напрасная надежда! . . Тучи сгущаются и темнѣютъ, а въ волнахъ еще печальнѣе кричатъ невидимыя чайки.. . Облачный день. Тихо-сіяющая голубая бездна, яркое солнце, а вкругъ него причудливая фан­ тасмагорія облаковъ: тутъ звѣри, колесницы, великаны, ангелы, фантастическіе гигантскіе цвѣты, легіоны, идущіе, сверкая шлемами, въ бой, цѣпи снѣговыхъ горъ, какіе-то замки на неприступныхъ скалахъ съ бойницами и высокими башнями, не­ объятной величины, пышущій пламенемъ, драконъ, невѣдомый городъ съ золотыми кровлями, — цѣлый міръ образовъ, плывущій, вѣчно измѣняющійся, причудливый, необыкновенный.. . И точно то же чувствую я въ душѣ своей, — чую я въ ней какую-то тихую безко­ нечность и точно неподвижное, яркое солнце, а предъ солнцемъ, озаренная имъ, вся эта фантасмагорія жизни нашей, всѣ эти безчисленные образы, то прекрасные, то безобразные, то пошлые, то глубокіе и значительные, цѣлый міръ, пестрый, вол­ нующійся, который куда-то плыветъ и уходитъ, вѣчно измѣняющійся, причудливый, необыкновенный.. . Но когда пройдутъ всѣ эти бѣгущія причудливыя облака міра, тогда что ? Останется ли эта тихая сіяющая лазурь, это яркое солнце, теплое, живое, или ни­ чего не останется ? Будущ ее . Только то будущее принимаю я, которое любовно и радостно рождается, течетъ изъ прошедшаго. То же будущее, которое тщетно пытается родиться изъ ненависти къ прошлому, изъ осужденія его, то будущее, каково бы оно ни было, я не принимаю, не хочу его. Ибо жизнь одна, и вся она святая, и принять ее, и отвергнуть можно только всю. Жемчужинка. У одного царя родился сынъ. Врачи сказали царю, что если въ первыя пятнад­ цать лѣтъ ребенокъ увидитъ свѣтъ солнца или луны, то онъ навсегда ослѣпнетъ. Тогда царь приказалъ помѣстить сына до пятнадцатилѣтняго возраста въ подземелье. И вотъ пятнадцать лѣтъ истекли, и царь приказалъ, чтобы сыну его были показаны всѣ вещи міра сего, чтобы онъ узналъ имена ихъ. И вотъ ребенокъ узналъ имена и золота, и серебра, и камней драгоцѣнныхъ, и лошадей, и всего прочаго. И увидѣвъ женщинъ, онъ спросилъ объ ихъ имени. И министръ царскій, шутя, отвѣчалъ ему: — Это -—дьяволы, созданные на погибель человѣку.. .