b000002293

И предъ нимъ всплывало миловидное личико Лели, ея блестящіе пре­ лестные глаза, толстая золотистая коса и мучительно хотѣлось ему ви­ дѣть ее. — Чай пить идите. . . — тихонько собирала Клиневна ребятъ. — А то самоваръ заглохнетъ . . . Идите. . . Вальсъ оборвался. Дѣвочки прибѣжали въ столовую, гдѣ Ваня сидѣлъ уже за столомъ, значительно размѣшивая въ стаканѣ сахаръ и выбирая себѣ глазами сухарь поподжаристѣе. — Ахъ, да, я и забыла ! . . — воскликнула вдругъ Соня. — Тебѣ Сер­ бина кланяется . . . И уставилась глазами на хмурое лицо брата: что выйдетъ? Тотъ гу­ сто покраснѣлъ и яростно отвѣчалъ: — Очень нужно . . . Нисколько не интересно . . . Телячьи нѣжности ! . . Соня звонко расхохоталась чему-то. Таня съ недоумѣніемъ уставилась на нее своими дѣтскими глазами. — Она завтра придетъ . . . — бросила Соня и унеслась въ свою комнату. Когда Ваня вернулся въ свою комнату, чтобы готовить уроки, онъ долго, забывъ обо всемъ, и на исторіи Иловайскаго, и на катехизисѣ Филарета, и на хрестоматіи Марго выписывалъ и разукрашивалъ вензеля Л., и Л. С., и Е. С., и И. и Л., а потомъ испугался и старательно замазалъ ихъ чернилами и выскоблилъ ножемъ, чтобы какъ-нибудь дѣвченки не открыли этого. Учить уроки не хотѣлось и Ваня прошелъ на кухню, гдѣ теперь онъ бывалъ значительно рѣже: эта дружба съ Марѳой, съ бабой, начинала компрометтировать его въ своихъ собственныхъ глазахъ. И те­ перь онъ сдѣлалъ видъ, что ему надо вымыть чернильницу. — А, милай ! . . — обрадовалась Марѳа, чинившая у яркой лампочки какую-то юбку. — Въ кои-то вѣки ! . . Все учишься, все учишься — смо­ три, не заучись, неровенъ часъ . . . — Надо учиться. . . — значительно сказалъ Ваня, съ удовольствіемъ пуская струю холодной и чистой воды изъ крана въ чернильницу и об­ рызгивая крашеную стѣну. — Дѣвченки вотъ только все мѣшаютъ . .. Вонъ завтра опятъ соберутся: Мирзоева, Болинъ и эта . .. какъ ее .. Леля. . . Такъ ему было сладко и стыдно выговорить это имя. — Соберутся: хи-хи-хи . . . ха-ха-ха . . . А тутъ исторію учить на­ до . . . — бормоталъ Ваня. — Еще Леля ничего, а другія — бѣда . .. — Что съ ними подѣлать . . . — сказала Марѳа и съ любопытствомъ спросила: — А какъ учиться по францюзски? — Учиться ? . . Еіікііег. . . — Е тю т е ... — затряслась Марѳа, засіявъ щелочками глазъ. — Ахъ, прокураты: етюте!.. Ну, кто жъ тутъ что понять могитъ? Говорили бы какъ попонятнѣе, а то: етюте . . .