b000002292

Иванъ Степановичъ, все наслаждаясь свѣжимъ, аро­ матнымъ воздухомъ, ходилъ между рядами малины, изрѣдка лакомясь холодными сладкими и душистыми ягодами, обходилъ яблони, гдѣ въ междурядьяхъ пыш­ но стояли здоровые, хорошо одѣтые кусты кружовника и всякой смородины: черной, бѣлой, красной... Иногда онъ осторожно обламывалъ сухую вѣтку, тамъ снималъ гусеницу, завернувшуюся въ листокъ, тамъ любовался крупнымъ и прозрачнымъ бѣлымъ наливомъ и, когда изъ-за лѣсовъ, точно купаясь въ солнечномъ блескѣ, снова долетѣли до него звуки стараго монастырскаго колокола, онъ остановился, оглядѣлъ прекрасный, при­ вольный міръ, эту всегда милую сердцу его лѣсную пу­ стыню, и въ душѣ старика поднялось облачко грусти: что пи говори, а жаль разставаться со всѣмъ этимъ, а разставаться надо, и скоро!.. И большая, свѣтлая лю­ бовь затеплилась въ старомъ сердцѣ и къ этимъ обвѣ­ шаннымъ плодами яблонькамъ, и къ золотымъ, уже от­ цвѣтающимъ лютикамъ которые такъ нѣжно пахнутъ, къ этой парочкѣ нарядныхъ мотыльковъ, къ этимъ зяб­ ликамъ, малиновкамъ, пѣночкамъ, ласточкамъ, къ этимъ кучевымъ, въ крутыхъ завиткахъ облакамъ, которыя великолѣпно громоздились въ лазури надъ синью лѣс­ ной пустыни, ко всему, ко всѣмъ... Задумчивый, умиленный, онъ прошелъ въ пышный огородъ, обѣщавшій чудесный урожай. Тамъ густо и пріятно пахло влажной землей, навозомъ и укропомъ. Рѣдиска была почти уже выбрана, стройными рядами стояли сочные и широкіе султаны капусты, пріятно для глаза курчавилась морковь, рѣдька уже мощно рас­ пирала землю, буйно поднимался горохъ, зеленѣлъ блѣдно—салатъ и темно—шпинатъ и золотыми звѣздоч­ ками доцвѣтали огурцы въ то время, какъ подъ рѣз­ ными листьями ихъ уже лежали совсѣмъ готовые для вкусной окрошки, и гладкіе муромцы, и въ бородав­ кахъ—нѣжинцы, о которыхъ Марья Семеновна говорила: нашъ, муромскій, огурецъ и душистѣе, и нѣжнѣе, а нѣжинскій тотъ ядренѣе и въ солкѣ пріятнѣе, а осо­ бенно, если пустить его помоложе...» И тутъ Иванъ