b000002288

участка от материала. и загромождение всех проездов материалом, что преследовалось полицией на случай по- жара. — Ну, что ж, работайте, пожалуй.. — проговорил он и ноэдри его раздулись. — Только восьми гривен теперь я вам уж не положу... Семь гривен так уж и б ы т ь ... — Петр Иваныч, да побойтесь вы Бога-то! — вы- рвалось у рабочих. — Ведь самое лето — день - то какой! Таких цен и не бывало... — Знаю, что не бывалсу... — все раздувая ноздри, сказал толстяк. — Но мне поучить вас маленько жела- тельно, чтобы в другой раз вам, подлецам, не повадно было в горячее время дурака строить, чтобы вы,сукины дети, знали раз навсегда, что мы -то без вас обойдемся, а вы без нас с голоду подохнете в неделю! . . Поняли ? Ну, кто согласен на семь гривен. становись живо на работу! . . — Петр Иваныч, не обижайте. . Дождь, грязь. .. — Шесть гривен и ни гроша больше ! — заорал тот бешено. — Кто хочет, становись, не хочет — к чортовой матери! . . И, широко шагая по чавкающей под калошами грязи, он пошел в контору. Те остались на своих местах. В них и злобы даже больше не было, а так, тоска, безвыходность. .. И сни стояли, и не знали, что де- лать. . . К складу вдруг подъехал большой обоз материала с железной дороги. Приказчики выбежали на приемку. И только стала - было первая лошадь въезжать в ворота, как одно колесо соскочило с узкой мощеной дорожки проезда и по ступицу ушло в жирную грязь. Завязывая безобразные ругательства и осыпая ло- шадь ударами кнутовища, извозчик употреблял все уси- лия, чтобы выбраться, но напрасно: воз увяз. Приказ- чики сунулись - было в своих начищенных сапогах на Помошь, но сейчас же и отступили: ноги уходили в грязь чуть не по колена. На улице шумела полиция, требуя, чтобы обоз не стеснял движения — Надо помочь . . . — проговорил Гаврила. — Не справятся.. Но мялись: это была сдача на милость победителя... Управляющий заметил их колебания. — Да вы что, дьяволы, не видите, что л и ?— эагре- мел он. — Или у вас руки - то отсохли ? Ну, живо у меня ! . . Поденщики бросились к возу. схватились за грязные колеса и чрез минуту товар вкатился в склад.. — Берись за рычаги ! — командовал Петр Иваныч,— Стойки ставь ! Рабочие ловко схватились за тяжелые бревна. — Ну, разом. . . Юзи!. . Ну, пошла... И со звоном бревно легло на свое м е с то ... — Берись живо . . . Юзи ! Заводи тот конец ! . . Стой ! . . — сурово командовал Зверь. — Все разом ! . . — Пошла, пошла. пошла! . . — закричали рабочие и в голосах их слышалась радость. — Следующее! Живо ! — поддавал жару Петр Ива- ныч и вдруг дал леша зазевавшемуся Митьке. — Ты что, паршивый чорт, р о т -то разинул? Ж и в о !.. Тот со всех ног с рычагом бросился подхватить тяжелое бревно. — А пошла, пошла, пошла ! . . Вечером рабочие получили за полдня по тридцати копеек, но Петр Иваныч сиилостивился и обещал, что, ежели они завтра будут стараться, то он прибавит. Хозяин „Хуторка“ снова открыл им кредит и потому все, кроме Гаврнлы, который ограничился чаем с хлебом, нахлебались до о т к а з у ...