b000002288

тать над жизнью немножко... И после долгого молчания Ваня сказал: — То, что вы рассказали, убивает меня, Тамароч- к а . . . В вас сосредоточено самое лучшее, самое нежное, самое милое моей ж и зни .. То, что я вас опять нашел, для меня счастье . .Я хочу, чтобы вы взяли от меня помощь и отдохнули бы . . . — Если вы хотите помочь моему делу, я приму всякую помощь с благодарностью, а мне лично ничего не нужно, голубчик. . . — сказала она. — Я счастлива. .. Это было больно слышать. Ему стало еще более тоскливо, — так тоскливо, так одиноко, так точно душно- что он сразу встал и стал прощаться. — Да что вы так сразу ? — глядя на него испод- лобья. сказала Тамарочка. — Что с зами ? — Ничего... — не глядя на нее, пробормотал он.— Я лучше пока пойду ... А потом послезавтра . я загляну к вам Или з а в т р а ... Она, не отвечая. медленно взяла его за обе руки и, маленькая, снизу вверх, долго. долго смотрела в его потухшее лицо, и отпустила его руки, и тихо обняла его, — у него закружилась голова—и прижалась к нему, и потянулась к его губ ам ... — А теперь иди . — тихо, новым, низким голосом скаэала она. — Иди .. — Тамарочка, умоляю тебя: оставь все, стань моей женой и мы начнем новую жизнь вместе ! . . — просто- нал он. — Не делай себе никаких иллю зий ... — тихо отве- чала она. — Я страшной богине своей не изменю .. . Иди, милый. . . А завтра или лучше послезавтра приходи ко мне опять и мы будем опять вместе. .. Только не сбивай меня с моего вути, родной ... золотцо ... И она проводила его, и простилась с ним нежно на стареньком крылечке, и он, полный любви и муки, ниче- го не видя, зашагал к Живому мосту. Там, у реки, в скудном свете одинокого фонаря, стояла небольшая кучка людей и до уха Вани долетел знакомый голос: — Партия погорячилась на почве объективной осле- пленности светом абстрагированных сфер. Но отрезвив- шись от излечивших ее бед мы должны в бурном водовороте современной практичности проявить свою деятельность и инициативу в неугасаемом свете науки ... Ваня просто кулаки сжал. Да какая же это богиня ? ! — внутренно просто- нал он. — Это просто сумасшедший дом ! Это страшнее нечистой силы дяди Прокофья ! . . И через мост под звездами он побежал в черную пойму.