b000002288

Тихо сиял светлый день над заводью зеркальной и было все вокруг исполнено сладкого, безмятежного покоя — только души человеческие все искали чего-то, все * тревожи*іись. .. — Много, много всего перевидал я — задумчиво продолжал колючий старик. — И все как - то мстится мне, что все беды на человека от того навалились, что оделся он. Господь создал его голым — голым ему и оставаться надо было бы. И не было бы тогда лжи никакой: голые все равны. А то один на себя шапку из белого барашка наденет — я великий княяь, говорит, кланяйтесь мне в землю, содержи меня в богатстве, молись на меня, как на Бога Другой шапку золотую наденет — я хандри - мандрит, говорит, уважай мне, корми меня, пои меня. третий там солдатом оденется и говорит, что есть у него власть всякому кишки выпустить. А сними с их всех шкуры эти разнЫе и все будут только люди и никто командовать не м ож ет... и не будет ни вранья всего этого, ни тесно- ты. Теперь кто меня слушать будет? У тебя, говорят, на ногах - то опорки, — каков же ты после этого учитель? А хандри - мандрита слушают, что он ни говори, потому что шапка на ем золотая. Ну, мне пора — вздохнул он и встал. — Надо зайти к брату, кото^очку свою забрать да и ходу — Заходи ко мне чайку попить — сказал Ваня, тоже вставая — Потолкуем Очень ему эта старая. вольная душа полюбилась и жалко было сразу расставаться с ней — Спасибо, я чаев - сахаров не потребляю .. . — отвечал старик .— А так, может, и зайду . Пойдем пока. У старых ворот они расстались . . На паперти нового собора, под режущей глаз яркостью красок картиной, изображающей притчу о сучке в чужом глазу сидела в ожидании вечерни пестрая группа богомольцев. — И вот как открыли они раку - то, — говорил силь- но на о какой то странник с обветренным лицом, — так по всему храму благоухание и розлилось. . — А какие они из себя, мощи-то? — с любопыт- ством спросила молоденькая мещаночка в новом, кокет- ливом платочке. — Совершенно черные .—уверенно отвечал стран- ник. — Батюшки! — всплеснула та руками. - - Да отчего же это ? — А от многочисленных лобзаний Ваня прислушался около другой кучки. — Богатому-то и душу свою спасти л е г ч е ... — го- ворила пожилая, степенная торговка в темно-коричневом платье. — Сколько можно с деньгами-то для Бога сде- л а т ь ... — А знамо дело — видимо, думая совсем о другом, отвечал пожилой мещанин, длинныГ и худой. Ваня заглянул в ярко освеще і н ы й солнцем, весь в золоте и пестрых красках новых образов собор, где небольшими кучками под предводительством монахов ходили богомольцы, осматривая всякие достопримеча- тельности: частицы мощей разных угодников, стенные картины, полные строгих святых, нежных ангелсв и страшных чертей, старинный массивный крест с надписью, гласившей, что в кресте этом заключена кровь Иисуса Христа, камень от гроба Господня. „бумага, что потирали кровь в Иерусалиме, камень с места молитвы Христа со своими учениками, дерево с Тивериадского озера, где Иисус ловил рыбу, камень, на котором сидел Иисус после крещения в Иордане, камень с того места Синая, где было явление Моисею в купине, камень с того места, где