b000002287

Ну, это полгоря.. . Не отдадут, с ам а у й д у ... Только вот т ы .. . т ы .. . И она опять заплакала. Да что ты, ума решилась, что ли? — горячим шепотом проговорил без пямяти влюбленный в нее Каскянкин. Да я без тебя .. не то, ч т о .. . я. Голос его оборвался и он жарко обнял ее. И сразу °на успокоилась, и подняла к нему лицо, по которому блуждала пьяная улыбка. И он почувствовал, что голова его кружится. и. крепко поцеловав ее, точно укусив, он вышел, ничего не видя, из ворот. С работой он на зтот раз тянул невероятно, сонный после этих горячих ночей. но, как ни тяни, кончать все же было надо. И он сдал обновки хозяевам, а сам перешел к староверу Федору Миколаичу, где тоже была девка, черноглазая, хорошенькая Аннушка И Матрена сразу света не взвидела, и в этой буре страсти и дикой ревности все открылось, и тетенька Авдотья уж не пожалела сковородников: мало того, что острамила всю семью да еще на эдакое дело пошла постом. Тьфу! А Матрена сразу превратилась точно в крепость какую, которую ничем не возьмешь. — Не отдадите — зарежусь.. . — коротко и ясно говорила она * И тетк* Авдотья по приказу осерчавшего Ивана- который не выносил гвалту, — чего соседушек-то поте- шать? - сложила оружие, и старики дали обещание обаінчать их после Пасхи. — Одрало вас, суки-стервы . ,-при б авл ял а тетень- ка Авдотья. — Накачались вы на мою голову. И сразу неприступная крепость превратилась опять в любящую, совсем опьяненную, совсем околдованную девушку. которая из благодарности, что счастье ей разрешено, хак лошадь, ломнла всякую работу. Прошла ранняя Пасха. Управились с яровыми. Приехал из города Микита. А старики все тянули со сварьбой — не то, что передумали, потому и рад 6ьі передумать, да нельзя, грех покрывать надо, — а как - то все за делами недосуг. И в глазах Матрены снова стало появляться временами свирепое выражение. Каскянкин едва сдерживал ее, уговаривая, что по хорошему лучше, — что свары - то заводить здря ? Деревня возила навоз. Микита, решивший бросить Москву и работать дома, налаживал у себя под овином временную, пока что, слесарню. А ежели дело пойдет, можно будет оборудовать все уже как следует. Иван частенько отрывался от полевой работы, чтобы поглядеть на работу сына. Он стал очень задумчив и все играл пальцами в своей красивой золотистой бороде „на два посада“ . И целые дни мирную тишину деревни рвали резкие металлические звуки от овина Паниных: ц д о н !.. цдон! . . цдон ! . . — Помощника бы мне надо, т я т е н ь к а ...— сказал как - то Мнкита отцу, не глядя на него. — Одному - то не всегда сподручно.. . Тот кинул на него зоркий взгляд. — Кого же тебе? — помолчав, промолвил о н .— Прокошка не годится, прост, Кирюшка молод больно.. . — Есть у меня человечек один ладный на примете в О кш инске...— сказал Микита.— Курну можно бы прогнать, а того взять вроде как в работники ... — Ну, вот, больно нужно ч уж а к а -т о .. . — отвечал Иван. — Не дело совсем толкуеш ь... Вот разве Каскян- кина? Парень он дошлый и все-таки с в о й ... — Мне что? Можно и Каскянкина .. — отвечал Микита. — Только поопытнее лучше б ы ... — Мало чего: чужак ! . . Чуть что, и пошла писать .. .А тут, по крайнссти, свой. Вот погоди, обвенчаем сперва. . .