b000002287

зачем, и это подняло его на следующую ступень страда- ния:к сознанию своей темноты и к желанию познать прав- д у , Т у коренную правду, на которой укреплена или должна быть укреплена жизнь. И в эти искания свои он внес ту же молчаливую, напряженную страсть, что и в свою первую и последнюю любовь. . . Мысль пробудилась в нем еще в миру, в беседах с беспокойньім душой Кирюшкой, который так болезненно ощущал неправдышную жизнь. Под влиянием своего друга он, плохо грамотный, скоро пристрастился к чтению, но он вынужден был довольствоваться только теми жалкими объедками, которые попадали в деревню со стола образованных людей: случайным номером старой, лживой газеты, жалкой копеечной брошюрой и всяким другим вздором. И здесь, в монастыре, было то же. Хотя в монастыре и была своя большая библиотека, но, во-первых, состав ее был чрезвычайно своеобразен, — все эти тысячи томов занимались, главным образом, доказательствами, что единственно истинная вера это вера православная — а во- вторьіх, доступ в „книжницу 4 эту был очень затруднен, Монастырское начальство находило, что иноку много знать не за чем, что это опасно, так как чрез книжки дьяволс особенной легкостью сеет в душе человеческой смуту и грех, ибо человек слаб и легко поддается прельшению гордого ума. Борис стал доставать книги тайком, в городе, где попало, но это было сопряжено с большим трудом и опасностыр, так как все письма, всепосылки, как в монастырь и из монастыря, просматривались предварительно игуменом и все, что игумену казалось опасным, задерживалось. Все это счень тяготило Бориса, растревоженная мысль которого не могла уже удовлетвориться обрывками старых газет, жалким томиком по всеобщей истории без первых и последних страниц, непонятной брошюркой о каком -то монизме и руководством к травосеянию. . .