b000002182

КРАСНЫЙ КУСТЪ. 4 6 7 вдаін звенѣла пѣеня, подхватываемая ба- бами. Н а меня пахнуло-было той эиической велпчавостью, тон поэзіей „общаго“ , о ко- торой мы скорбѣли съ Елизаромъ ГІагор- иымъ. Но все же это былъ еще только одпнъ „блезиръ“ , и не зналъ еще я , ка- кое содержаніе за нимъ скрывалось. Да и ожпдать я не могъ многаго отъ этого „бле- зпра“ , такъ какъ подобный „блезпръ“ , какъ отживающій остатокъ добраго стараго вре- мени, мнѣ прпходплось нерѣдко наблюдать въ самыхъ разлагающпхся общинахъ „хо- зянственныхъ мужиковъ“ , гдѣ уже кромѣ пастоящаго „блезира" за этими „единствен- пыми картинами“ ничего п не скрывалось... Мы отыскалп, наконецъ, среди р я д а т е л ѣ гъ , и телѣгу нашихъ хозяевъ. — Ну, вотъ п вы ,— сказалъ Елизаръ І у - говой, обнося водкой своихъ гостей: — за- ноздали, дюже запоздалп ... А мы ужь вотъ угощаемся... Вы бы пораныпе, какъ вотъ весь народъ па погахъ бы лъ ... Примѣрная картина!... Да вотъ ужб, послѣ завтра убе- ремъ это сѣно, вторую четверть (луга) сно- сить будемъ... Тогда приходите... Ещ е, вЬдь, у насъ долго эта прокламація пройдетъ... Пятеро мужиковъ, спдѣвшіе вокругъ ча- шекъ со щами, которые наканунѣ отбпвали па задворкахъ косы и которыхъ я прпнялъ за батраковъ и наемныхъ, оказались воисе не батраки, а „гостп“ . Я вступилъ съ нимп и Елпзаромъ въ разговоръ, н вотъ что сообщили они мнѣ о современныхъ своихъ распорядкахъ. Пять сосѣдпихъ деревень, извѣстныхъ въ народѣ нодъ общимъ пменемъ Дуговыхъ, въ числѣ которыхъ была п деревня Угоръ, нѣкогда прпнадлежалн одному помѣщнку; затѣмъ онѣ былп, по завѣщапію , прпппса- ны въ даръ Троицко Сергіевской лаврѣ п виослѣдствіе въ разрядъ такъ-называемыхъ экономическихъ. Давно уже, еще до воли, онѣ составлялп оДну общину-волость, вла- дѣли сообща зем іей , передѣляли ее между собой, но скоро эти стародавніе иорядки у нпхъ рухнули, и ихъ общппу-волость раз- рушилъ тотъ же впхрь яразложенія“ , ко- торып продолжаетъ разрушать п нагорную общину. У нпхъ процессъ этого разложе- нія совершплся уже очепь давно, благода- ря, съ одной стороны , непосредственному вліянію городской цивилпзаціи, съ другой— торгово-промышленному характеру населе- нія. Всѣ свои угодья они нодѣлилп п раз- межевались на чнсто; было тутъ ^мпого Дракъ, доходпвшпхъ до смертоубійства, былп подкупы, подвохп. Понятио, что въ этомъ взаимпомъ поѣданіи особенно выдаю- Щуюся роль игралъ пхъ знаменитый лугъ. Чтобы получить лишпюю десятпну его пе стояли ни зачѣмъ: судились съ своими, судились съ чужими, закашпвалп, уничто- жали межевые знакп, заводили тяжбы, на яподмазываніе“ которыхъ сбиралп шляпами мірское серебро, какъ разсказываетъ пре- даніе, п сносили къ городскпмъ чиновни- камъ. Н аконецъ, кое-какъ все уладилось, все разбплось па особенпые участки, все размежевалось, разъединилось. Въ этой длинной процедурѣ тяжбъ, кляузъ и дракъ пропали, повидимому, послѣдпіе признаки солидарности. Деревни окончательно отдѣ- лнлпсь одна отъ другой. В сякій вѣдалъ и обработывалъ свой участокъ, какъ хотѣлъ, на свой личный страхъ. Многодушныя семьи, конечно, еще управлялись кое-какъ съ луговыми участками, по семьп средпія п маломощныя должны былп нанпмать па лѣтнія работы п особенно для уборки дра- гоцѣннаго сѣна, которая требовала спѣ- шной и дружной рабогы, работниковъ со стороны. Но работнпки въ той промышлен- ной сторонѣ съ каждымъ годомъ все цѣпи- лись дороже и дорож е,и становилпсь, при- томъ, все неисполнптельнѣе... И вотъ, лѣтъ Ю — 12 пазадъ, по какому поводу и по чьему почпну, преданіе не говоритъ— еоб- рался весноп сходъ всѣхъ четырехъ дере- вень, нѣкогда бы ішихъ сестрами-общинамп, и на этомъ сходѣ постановплп, чтобы впредь всѣ деревнп, при обработкѣ луга, взаимно помогали одна другой. Такимъ об- разомъ, установплся тотъ порядокъ „об- щей работы“ , который происходплъ на моихъ глазахъ. Весь лугъ былъ разбитъ на четыре участка. Н а обіцемъ сходѣ бро- салн жеребій—чей участокъ косить прежде. Когда жеребій былъ вынутъ извѣстной де- ревпей, назначался депь косьбы. Къ этому дню всѣ наличные работнпкн трехъ осталь- ныхъ деревепь обязаны явиться на уча- стокъ деревнп, вынувшей жеребій. Затѣмъ, лугъ, общимъ порядкомъ передѣла, дѣлпл- ся на карты , карты на дссятки, десятки па доли по душамъ п дворамъ. Учетъ и распредѣлепіе прпшедшпхъ на номощь ра- ботннковъ производились такъ: на каждую душу косившей въ нзвѣстный день деревнп выходнло по три работнпка, по одному пзъ каждой остальныхъ деревень. Такъ, еели во дворѣ три души, то являлись де- вять работнпковъ на помочь. А такъ какъ каждая изъ луговыхъ деревень имѣла отъ ЮО— 150 душъ, то и выходпло на покосъ за р а зъ отъ 300 — 400 душъ. Помогавшіе работники распредѣлялнсь по дворамъ „по- мплу“ , „кто кому любъ“ , по родству, по зпакомству (см. „Деревенскіе буднп“ , по- рядокъ „обиранія вытями“). Косившая де- ревня обязана была угощать прпшедшихъ 30*