b000002182

4 6 6 ДЕРЕВЕНСКІЕ БУДНИ. могли слышать уже тотъ специфическій звукъ, который "сопровождаетъ яотбиваніе“ косъ, наканунѣ иокосовъ, какъ будто цѣлая армія гигантскихъ кузнечиковъ неустанно, словно силясь перекричать другъ друга, дребезжа- л а но всей окрестности. Подвижной и дѣя- тельный Елизаръ, несмотря на то, что былъ, повидимому, занять какими-то при- готовлеяіями, встрѣтилъ насъ очень любез- но и съ видимымъ удовольствіемъ; онъ да- же извпнился, что его застали „по-нростуСІ, въ одной рубахѣ, портахъ и старыхъ вале- ныхъ сапогахъ; черезъ минуту онъ уже явился въ жилеткѣ и валеные сапоги смѣ- нилъ на кожаные. Во всемъ дворѣ его и въ избѣ было замѣтно хлопотливое ожив- леніе: два-три мужпка (прпнятые мною за наемныхъ косцовъ и батраковъ) усердно отбпвали косы, сыновья Елизара, подросткп (кстати сказать, они учились у него въ го- родскомъ уѣздномъ учплищѣ), удѣлывалп для бабъ грабли: сами бабы—старуха мать, жена и дочери суетились въ избѣ, какъ будто передъ свѣтлымъ днемъ: топилась печка, мѣсилось тѣсто, пеклись пироги, куженькн, варилось мясо... Хотя меня нѣ- сколько и поразили такія усиленныя при- готовленія, но я объяснилъ ихъ просто хозяйственностью дѣловаго Елизара, у ко- тораго, конечпо, на страду должно скоп- ляться много батраковъ, или же онъ хотѣлъ устропть обычную у кулачковъ-землепаш- цевъ помочь съ угощеніемъ. Вообще, отъ порядковъ такихъ пресловутыхъ деревень, какъ Угоръ, я не ждалъ ничего особенна- го: цѣлые десятки лѣтъ судившіеся, грыз- ш іеся другъ съ другомъ общиннпки-кулачки, очевидно, давно постаралпсь обособиться другъ отъ друга, отмежеваться, елико воз- можно, и каждый дворъ велъ свое хозяй- ство и всѣ свои дѣла въ одиночку, на свой личный страхъ и отвѣтственность, не обра- щаясь за помощью къ сосѣдямъ, не инте- ресуясь ими и за то уже не расчптывая и отъ нихъ на эту помощь, иначе какъ за деньги. Отъ той же „едипственной кар- тины“ , которою соблазнялъ насъ Елизаръ Луговой, понятно я не ждалъ ничего болыпе, какъ только „блезиру“ : ряды разряженныхъ бабъ съ граблями, визгливыя пѣсни, поэтп- ческій просторъ луга, эффектно освѣщен- наго восходящимъ солнцемъ, мѣрные взма- хи косъ и т. п ., что называется „природа“ , которую, какъ мужикамъ извѣстно очень хорошо, такъ любили нѣкогда „господа“ . Да и „блезпръ-то“ этотъ скорѣе могъ уцѣ- лѣть у какихъ-нпбудь старозавѣтныхъ на- горныхъ обптателей; а ужь у такихъ прак- тпческпхъ людей, какъ Луговые, какой же можетъ быть „блезиръ“ !... Но мнѣ, къ изумленію, пришлось уви- дать нѣчто большее, чѣмъ одинъ „блезиръ“, Мы съ учптелемъ, конечно, проспали, п когда встали, хоть-все же рано, то ужене нашлп въ деревнѣ почти нйкого . Мы иошли по горѣ по направленію къ лугу, и когда выбрались на открытое мѣсто, передъ нами, дѣйствительно, открылась „единственная картин а“ . Подъ горой разстплалась огромная поло- са, приблизательно десятинъ до 100 въ этомъ мѣстѣ; ее окапмляла вдали, какъ се- ребряная рама, полукругомъ рѣка; четвер- тая часть поймы уже была скошена п уло- жена правильными рядамн „валовъсс сѣна. И на этой то скошенной части теперь рас- положенъ былъ цѣлый лагерь косцовъ. Ряды телѣгъ съ выпряженнымп лошадьми тяну- лись прямой линіеп чрезъ весь лугъ. Около возовъ собралпсь косцы, а бабы, разсыпавшись по всему лугу, ворошили сѣно. Народу было до 500 душъ обоего пола. Меня изумпло такое шноголюдство, но учитель ничего не могъ мнѣ объяснить, кромѣ того, что этотъ лугъ считался зна- менитымъ почти на всю половину губерніп: снимаемое съ него сѣно было велпколѣп- ное. Дѣпствительно, рѣдко можно встрѣ- тпть такую богатую траву: когда мы по- шли по лугу, такъ положительно заплета- лпсь въ густой и высокой травѣ: кашка п мышьякъ (травы , считаемыя крестьянамп лучшимъ кормомъ) непрерывнымъ ковромъ разстилались, въ обѣ стороны; на всемъ не- обозримомъ пространствѣ луга не замѣтно было нп холмпка, ни куста, пн болота, ни ямы. Великолѣпный это былъ лугъ, по за то Лѵговые только имъ и дьшали! Другой земли у ннхъ было мало, да и та плохая: лѣтомъ — лугъ, а зима, осень и весна — безконечныя странствованія „въ отходъсс, по всей необъятной Россіи. Отъ фипскихъ хладныхъ скалъ До пламевной Колхиды. Мы шлн вдоль ряда телѣ гъ , около кото- рыхъ, какъ пчелы, копошилпсь и жужжали люди. Около каждой телѣги сидѣло 5 — 6 мужиковъ; раскраснѣвшаяся хозяйка суетп- лась у болыппхъ корчагъ и горшковъ, по- крытыхъ полушубками, чтобы не остыло „хлёбово“ , привезенное изъ деревни еще съ ранняго утра. Хозяинъ носился съ што- фомъ водки и угощалъ сидѣвшвхъ съ пи- рогами въ рукахъ. У одпихъ телѣгъ уже хлебалп горячее; сытнып иаръ разстилался въ свѣжемъ воздухѣ. Кое-гдѣ уже копчи- ли обѣдъ и гости лежалн врастяжку на брюхѣ тутъ же подъ телѣгами. Распряжен- ныя лошадиходпли вблизи... Несмолкаемый, безсвязный говоръ носился надъ поймой,а