b000002182

Г Е Т М А Н Ъ . 335 ІОЙ жи знн... А я того горюю, дытыно, що ае йде никто на підмогу діду... А що па- нычи, то и Господь съ ніши: може они що в дучше насъ иридумаютъ... А що нѣтъ на иідмогу діду своего чоловіка, то кто-жь это лучше мене знае и чуе?“— Вотъ мы какіе, пане, съ дідомъ разговоры по ночамъ ве- деаъ,— заключилъ онъ. — А поди моп землякъ заснулъ ужь,— нрибавилъ Гетм анъ,—Идемте, пане, поско- рѣй..,. Что-то, гляжу я , діется неладное со шой: съ чего разсыпался, якъ той горохъ ио дорозі? Гетманъ, дѣйствительно, какъ будто испу- рался своей необычной разговорчивости; онъ, какъ улитка, быстро ушелъ въ себя іі „хохлацкая меланхолія“, повидимому, овончательно оковала его. III. Мы тихо и молча вошли въ маленькій номеръ грязноватыхъ и дешевенькихъ меб- .мрованныхъ комнатъ, въ которыхъ прожи- валъ Гетманъ съ своимъ землякомъ. — Это вы будете, панъ Гетманъ?—кто- ю оклпкнулъ насъ изъ глубины полутемна- го номера и тотчасъ же сердито и петер- пѣливо плюнулъ. — Это я , зем лякъ ,— отвѣчалъ Гетманъ. Пока они переговаривались, а я раздѣ- вался въ маленькой передней, отдѣленной рѣденькою занавѣской, я успѣлъ разглядѣть въ глубинѣ номера лежавшаго на диванѣ иожилаго человѣка; диванъ былъ очень ко- ротокъ, почему онъ поджалъ подъ себя но- га такъ, что колѣни чуть не касались гру- №. Онъ курилъ люльку; сѣдые волосы на головѣ у него были иодстрижены и торчали ^къ солома па жнивѣ, что еще болѣе при- №вало ему мрачный видъ. Онъ, дѣйствп- тельно, казался удрученнымъ и грустнымъ. Мы вошли. Землякъ Гетмана, очевидно, ожидалъ увидать только своего сожителя и, ;,мѣтивъ меня, долго, не измѣняя ноло- *№ія и суроваго взгляда, всматрпвался въ яою фигуру. Но вдругъ, что то сообразивъ, #0Ъ быстро спустилъ съ дивана колѣни, І0Днялся и, пыхнувъ наскоро раза два въ тРубку, проговорилъ: „Хе!“—и мелькомъ ^Дмигнулъ Гетману. По его лицу мгновен- 110 пробѣжала та добродушно-хптрая улыб- которая такъ свойственна хохлу и ко- І 0 Рая, разъ появившись, мѣняетъ его на- СтРоеніе. Отарпкъ спряталъ въ карманъ трубку и, ^отря съ улыбкой то на Гетмэна, то на аеая, спросилъ: Се той самый папъ-управитель буде? ~~ Онъ самый, землякъ,— отвѣтилъ Гет- м анъ. — Хе! —откашлялся стари къ ,— оце доб- р е !_ Могу, пане, н себя рекомендовать: однодворецъ Полуботокъ, хохолъ, землякъ ему, тілько що пряио зъ Украйны, якъ дытына изъ материной утробы ... Х е-хе!... Старикъ какъ-то сразу повеселѣлъ и ожи- вился; оиъ всталъ иосереди комнаты, раз- ставилъ ноги въ широкихъ шароварахъ и порыжѣлыхъ, давно немазанныхъ сапогахъ, вынулъ опять изъ одного кариана своего козакина люльку, изъ другаго— кисетъ съ табакомъ и сталъ набивать, улыбаясь и склонивъ голову на бокъ. Онъ молчалъ и покрякивадъ, какъ будто никакъ не могъ сразу подыскать подобающую матерію для начала разговора. Наконецъ, закуривъ труб- ку, онъ вдругъ и рѣшительно сказалъ: ' — Ну, що-жь, пане, горілку будемъ пить, або чаемъ баловаться, щобъ еиу пусто було!... Не люблю я эту пустую траву !... Лучше горілку?... Да? Ну, горілку, дакъ горілку!... Посылай, дытыно, по горілку... да й пива прихвати, щобъ було чімъ запити! Гетмапъ пошелъ посылать въ лавку, а старый хохолъ сѣлъ противъ иеня на стулъ, разставивъ во всю ширину своихъ шароваръ ноги, и , хитро посмотрѣвъ на меня съ улыбкой изъ-подъ густыхъ бровей, сказалъ: — Ну, що-жь, пане, бутетъ що зъ Мос- квы, або таки ничего й не буде? Я былъ изумленъ, конечпо, такимъ не- ожиданнымъ вопросомъ и взглянулъ на него- — Чего же вы, панъ Полуботокъ, хотите? Чего я хочу?!... Х е !... Я хочу знать, панъ-управитель, будетъ що зъ Москвы, або-жь снова мнѣ, старику, въ хату залѣ- зать, да на печь подъ бокъ къ жинкѣ за- валиваться?... А, ианъ? — Не знаю , панъ Полуботокъ, чего вы отъ Москвы ждете?... — Хе! Вотъ то-то и есть, панъ-управи- тель, что вы не знаете, чего я жду!... Я вамъ, пане, пожалуй, скажу, чтобъ вы зна- л и ... Что, п ан ъГ ети ан ъ , готово?—спросилъ онъ возвратившагося Гетмана. — Готово, зеилякъ. — Оце добре!... Ну, панъ-управитель, выпьемте-жь по чарці горілки... Мы выпили. Выпилъ и Гетманъ, но тот- часъ же забрался хмуро въ самый темный уголъ. Это, повидимому, замѣтилъ его зем- лякъ и сердито потрясъ головой. — Э !... Не хорошо, панъ управитель,— не ладно у васъ на Москвѣ,—сказалъ онъ. — Что же такое вамъ не нравится, панъ Полуботокъ? — А чего хмурится хлопецъ, якъ той волкъ?... Э !... У насъ того и доиа богато... Пійшовъ на Москву, такъ гадаю: Москва усій Россіи голова—отъ де люды живутіі