b000002182

ГЛАІІА ІІІ. ОБИТАТЕЛИ МАІОРСКОЙ КОЛОНІИ. 23 — Пережилъ больше, чѣмъ нузкно, няня, —вотъ въ чемъ дѣло. Она внимательно носмотрѣла мнѣ въ ли- цо, сжала сухія, тонкія губы и покачала въ раздумьн головой. — Ты у меня любп его,—тихо, но стро- го приказала она К атѣ, которая улыбну- лась:— у негосердце есть, хорошее сердце... Всѣмъ можетъ человѣкъ перемѣниться, а сердцемъ нельзя. Сердце не вырвешь... Ну, чего тамъ, старикъ-то твой нейдетъ? Пора бы и закусить. Вотъ ногодите-жь, колп такъ, я ужь хоть этимъ заслужу! Она зашумѣла въ карманѣ ключами и, подмигнувъ мнѣ, вышла. Я еще нпкакъ не могъ освободиться отъ всплывшихъ въ моей памяти картинъ дѣт- ства. Я долго смотрѣлъ н а дверь, въ кото- рую вышла старушка, и цѣликомъ погру- зился въ море воспоминаній, совершенно забывъ о присутствіи Кати. Да, я какъ теперь вижу въ моей дѣтской эту старушку (она и тогда была уже, двад- цать лѣтъ назадъ, такой-же старушкой, или, покрайнен мѣрѣ, мнѣ такъ казалось, что она нисколько не измѣнплась). Мы одни, сальная свѣчка горитъ, нотрескпвая, глухо постукиваютъ ея спицы и беззвучно шеве- лятся ея губы, считая петли; я всегда вслухъ съ нею училъ уроки: былъ ли то законъ божін, или ариѳметпка, или исторія—я все читалъ ей вслухъ и каждый урокъ раза по- два, по-три; она всегда слушала съ неиз- мѣннымъ любопытствомъ, внпманіемъ и серь- ёзностью. К акъ теперь помню, меня чрез- вычайно удивляло одно обстоятельство. Я еще не умѣлъ читать бойко, т. е. не умѣлъ впередъ отгадывать то выраженіе, которое должно слѣдовать по смыслу рѣчи, и иото- му часто, желая прочитать скорѣе, вралъ или заминался; въ это время Кузьминишна всегда поправляла меня или подсказывала „наизусть", не глядя въ кнпгу. ГГомню, съ какнмъ удивленіемъ, смѣшаннымъ съ ува- женіемъ, смотрѣлъ я въ ея строгое лпцо, обращенное къ чулку, и долго не въ со- стояніи былъ продолжать. „Ты чего-же, Ни- колушка, остановился?—спрашивала она ме- Ня“ -— »Да я, няня, думаю—какъ ты это т акъ , не учившись, отгадывать умѣешь?“— ЯА ты думалъ, что вы только одни умны, что ужь простые людн и разумѣнія не имѣютъ... Нѣтъ, Колушка, разумомъ Богъ никого не °би дѣ л ъ ...“ Но я все же сомнѣвался, чтобы однимъ разумомъ можно было узнать всякіе тамъ Гвардафуи да Гибралтары, и пола- галъ, что она непремѣнно когда-нибудь ге- ографію Ободовскаго изучала. Такъ я и не могъ постигнуть ея умѣнья отгадывать впе- редъ географическія назван ія, пока не до- гадался, что уроки-то я съ ней вмѣстѣ училъ н перечитывалъ одно и тоже нѣсколько разъ вслухъ. Помню я и то время, когда, сложивъ книги, помолившись, ложился я спать, а она садилась на край моей кровати и начи- нала мнѣ разсказывать. Замѣчательно, что въ ея разсказахъ всегда отсутствовалъ „чу- довищный и бѣсовскій" элементъ; въ ея раз- сказахъ никогда не встрѣчалось, какъ это бываетъ у всѣхъ другихъ, ни бабы-яги, ни „кппятъ котлы кипучіе, точатъножи булат- ные“ , нн чудовпща съ песьими головами, напротивъ: всѣ ея разсказы болыпе воспѣ- вали геройскіе илн, покрайней мѣрѣ, гене- ральскіе подвиги, Кутузовыхъ, Суворовыхъ, даже рыцарей-крестоносцевъ, англійскихъ королей и проч. Или подвиги мученичества и добрыхъ дѣлъ изъ Четьи-Минеи. Конеч- но, это объясняется тѣмъ, что она была граматна п въ свободное время читала жи- тія святыхъ, а въ молодости ей, кажется, попадалп въ руки „батальныя“ сочиненія и даже рыцарскіе романы. Одинъ разсказъ ея поразилъ меня впослѣдствіи удивительнымъ сходствомъ съ романомъ Вальтера Скотта „Айвенго“ . Она была старая крѣпостная дѣвка, но изъ хорошаго, образованнаго по- мѣщичьяго дома, и жила сначала въ гор- ничныхъ прн барышнѣ, живіпей со стари- комъ отцомъ, кончавшимъ свой вѣкъ среди уединенія деревни и своей библіотекп, по независящимъ отъ него обстоятельствамъ, затѣмъ была послѣ ключницей. Барышня чптала вслухъ съ нею всѣ книги изъ биб- ліотеки отца и сама выучила ее граматѣ. Старикъ-отецъ обращался хорошо съ свои- ми крѣпостными, а быЕавшіе у него знако- мые нисколько не шокировались тѣмъ, что его дочь читала книжки съ крѣпостной гор- ннчной и даже иногда заговаривали при послѣдней о „матерьяхъ важныхъ“ . Все это имѣло на ея характеръ значительное вліяніе. Е я міросозерцаніе далеко хватало за предѣлы народпыхъ воззрѣній, а натура ея пріобрѣла стойкость, развязность иуди- вительную безбоязненность. Замѣчательнѣе всего въ ней было полное отсутствіе холоп- ства, даже самаго невиннаго и добродуш- н а го ... За смертію стараго барина и отъ- ѣздомъ заграницу его дочери, она перебра- лась въ городъ и черезъ нѣсколько лѣтъ попала въ наше семейство. Къ кому она ни попадала, она тотчасъ же всѣхъ приби- рала къ рукамъ и начинала царствовать въ домѣ. Но эта власть никогда никѣмъ осо- бенно не чувствовалась. Такъ владычество-