b000002182

ПРІѢЗДЪ ВЪ ДЕРЕВНЮ. 131 ['ости входили п вядно было, какъ то-и- йло подымались и опускалпсь по нѣскольку разъ головы п руки, дѣлая размашистые, ястовые кресты и поклоны. Въ первой комнатѣ, наверху, виднѣе всѣхъ вырисовывалась высокая, статная фигура Артамона К абанова, въ длинномъ старомодномъ сюртукѣ, но въ глаженой со- рочкѣ съ болышши манжетами, и высокихъ біестящихъ сапогахъ. Черные, немного съ просѣдью, волосы и такая же неболыная борода; умные, бойкіе глаза, смотрѣвшіе нѣсколько изъ подлобья, но весело и само- довольно-добродушно, хотя и не безъ сдер- жанной суровостн. Такое же полусдержан- ное возбужденіе не оставляло его все время, почтн весь день, пока приходилъ иародъ. Онъ не присаживался, но все время пли стоялъ, или ходилъ тутъ же по комнатѣ, здароваясь, раскланиваясь, приглаш ая, уста- навлнвая бутылки, или уходилъ въ сосѣднюю комнату, гдѣ, въ такомъ же полусдержан- номъ возбужденіи, раскраснѣвш ался и хло- нотлнвая, принимала „женскую половину“ его породистая, нѣсколько тоястая п вы- глядывавшая даже старше его, жена. Вся эта картина нестолько напоминала собою оффиціальный и лицемѣрный пріемъ Укакого-нибудь купца или поздравленія съ праздникомъ, приносимыя лицамн зависимы- мн, сколько простую деревенскую свадьбу и поздравленія молодыхъ, съ тою, копечно, разницею, что ямолодые“ здѣсь не были « ъ наивны, такъ смущены и какъ будто (>ы черезчуръ уже сконфужены пріятною не- ожиданностью всеобщаго вниманія. Въ супру- гахъ Кабановыхъ все же изрѣдка пробива- лось нѣчто такое, что давало поводъ заклю- чать, что они знаютъ свои достоинства и что общее вниманіе не было для нихъ со- исѣмъ уже пріятною неожиданностью. Скорѣе настоящимп ямолодыми“ , напв- вымп, сконфуженными п даже совсѣмъ °рооѣвшими, были тутъ старики—отецъ и тесть Артамона. Послѣ того, какъ Артамонъ нѣсколько Рмъ говорилъ старику Кабанову: „тятенька, ®ы сядьте... Пожалуйста, не волнуйтесь... Се сдѣлаемъ... Вы только, ножалуйста, свдите великатнѣе, съ тятенькой-тестемъ... №ь вы опять кафтанъ не тотъ надѣли!.. в прислалъ я вамъ настоящ ій, — чего 0 °еРежете?... Да вы ужь, пожалуйста, с ^авьте этп р асч еты !... Мы это зпаемъ т и,,<“ — теперь старнкъ Кабановъ съ р бТ®мъ сиДѣли уже смирно, какъ послушные Ва Лга’ Въ переднемъ углу, п съ ихъ грубо- Са ° ' 3 аг°рѣлыхъ, заросшпхъ сѣдыми воло- Сі ” ЛПДЪ не сходила ребяческая улыбка, мивая и наивная. Оба они какъ будто стѣснялись и стыдились входившихъ мужи- ковъ, которые кричали весело, кивая на нихъ: — Вишь, разрядили королей -то!...Виш ь, сидятъ, ровно новоставленные попы!... Ха-ха-ха! Старнки совсѣмъ приходили въ смущеніе и, обдергивая новыя рубахи, качали голо- вами, какъ бы снимая съ себя всякую от- вѣтственность за неожиданный маскарадъ. Впрочемъ, старикъ Кабановъ, истинный ясынъ земли“ , любившій деревню и земледѣ- ліе и сильно скучавшій на своемъ одинокомъ яспокоѣ“ съ тѣхъ поръ, какъ былъ на- рушенъ его крестьянскій „хозяйственный дворъ“ ,— смотрѣлъ и на маскарадъ, и на сына съ нѣсколько горькой ироніей, хотя п не безъ удовольствія: „Хороліо оно, сло- ва нѣтъ, умно, дѣльно, хорошо... Дай Богъ всякому такого сы н а !... А все бы оно... кабы всѣ-то сыновья и внуки да кабы въ одной избѣ, здѣсь-, при полномъ домѣ, при хозяйствѣ крестьянскомъ... А то ужь вотъ теперь и бьешься здѣсь, на старости лѣтъ, что негодная тряпка на вѣтру“ . . . Но за то старикъ-тесть, весь свой вѣкъ проколотив- шійся въ бѣдности, не могъ равнодушно смотрѣть на свою „раздобрѣвшую дочку“ . — А расползлась у тебя дочка-то, Анти- пій Трофимычъ, — какъ бы не сглазить!... И не признать ужь, что когда-то Ариш- коп поджарой по селу бѣгала, — говорили гости. — Раздобрѣла, Господь съ ней, раздо- брѣла,—говоритъ старикъ .—Да, вѣдь, оно, мужицкое-то тѣло, еслп въ проголодь дер- жать, то и оно умѣренно себя держитъ... А напусти его хотя малость на приволье-то, оно ужь удержу не знаетъ. Н е барская кость. Въ барина — что не въ коня кормъ: чѣмъ больше кормп, тѣмъ онъ жиже выходитъ. А мужицкая кость—широкая кость, твердая, она и мяса болыпе требуетъ. — Пожалуйста, проходите... Садитесь... Откушайте! — слышалось между тѣмъ вотъ уже въ продолженіе часа. Гости входили, молилпсь, цѣловались съ Артамономъ или просто пожимали руки, восклпцая: яНу, вотъ и свидѣлись!... Свой, вѣдь, человѣкъ !... Лестно глянуть!“ — шар- кали ногамп, крякали ; одни засаживались около стола и принимались разговаривать со стариками или громко шутили надъ Ар- тамономъ, сго женой и публикой; другіе присаживалпсь у дверей, молча сидѣли, не переставая улыбаться минутъ десять, за- тѣмъ выпивалп двѣ-три рюмки, поздравля- ли, сыпали пожеланіями п уходили, давая мѣсто другимъ. Артамонъ едва успѣвалъ присѣсть, какъ 9*