b000002182

116 БАРСКАЯ ДОЧЬ. что я вотъ-вотъ сорвусь и полечу въ нее, безъ сознанія, безъ волн ... Января 30-го. — Знаете, панна Зося, какая смѣшная мысль прпшла мнѣ въ голову, — сказала я за обѣдомъ и расхохоталась сама,—Мнѣ хо- чется побывать въ театрѣ ... Я думаю схо- дить сегодня. — Ч е го -ж ь ты смѣешься, брилліантъ мой?—сказала въ удивленіп панна Зо ся .— Давно бы пора т ебѣ ... Молодая дѣвида (она все считала меня дѣвушкой-сиротой), — и никакихъ развлеченій !... Воже мой, какъ въ твои годы отплясывала я мазурку и крако- вякъ! 0 , какое-то было хорошее время! И панна Зося заплакала. Я , дѣйствительно, пошла въ театръ, на самый верхній балконъ. Играли какую-то передѣлку изъ Шекспира, каждый актъ ко- торый такъ и кипѣлъ раздирательными сценками. Шекспира даже я не могла уз- нать: всѣ монологи были сокращены и вы- пущ ены ... Я помню, мнѣ стало скучно; блескъ декорацій меня раздражалъ; музыка, нгравшая избитые мотивы, тоже. Я стала разсматрнвать окружавшую меня публику, въ среду которой япопала въ первый разъ. Я никогда прежде не видала этой публи- ки ,— ни въ салонахъ, ни въ деревнѣ. Это что-то разнообразное, шумящее, толкающее- ся и неопредѣленное, какъ улица... Да, именно улица. Я даже испугалась, такъ какъ не могла представпть себѣ, чѣмъ и какъ эти люди живутъ, что думаютъ, какъ чувствуютъ; эта книга была для меня за- крыта. Тутъ были солдаты, какія-то дѣвуш- ки-модистки, веселыя и хохочущія, ирика- щики изъ лавокъ, студенты, какія-то не- опредѣленныя лнчности въ поношенныхъ черныхъ сюртукахъ, пальто и шляпахъ. Какъ вдругъ меня поразила однатакая фи- гура. Это былъ молодой человѣкъ, невысо- каго роста, худощавын, съ бородкой; не- болыпіе волосы были всклокочены, галстухъ на боку. Онъ стоялъ, прислонившнсь къ колоннѣ, и внимательно, задумчиво смот- рѣлъ то на сцену, то на публику, не измѣ- няя ни позы, ни выраженія лица. Когда окружающіе начинали хлопать, онъ вдругъ изумленно осматривалъ всѣхъ блуждающими глазами, какъ будто спрашшвалъ: „что съ вами?...“ Когда одинъ разъ онъ также вдругъ повернулсявъ моюсторону,—я испугалась... Это былъ тотъ самый молодоп человѣкъ, котораго я, пять лѣтъ тому назадъ, видѣла валявшимся въ ногахъ у князя N. Я дума- ла, что я ошиблась, и стала пристально наблюдать за нимъ. Да, это былъ онъ: тѣ же робкія двнженія, то же умоляющее, смиренное, даже нѣсколько заискивающе выраженіе лнца, какъ будто у каждаго оні готовъ былъ просить извиненія, и тѣ а лихорадочные глаза, которые одни не гар- монировалп съ этимъ смиреніемъ: умные, острые, нронизывающіе. Я его испугалась, но не боялась; я чув- ствовала, что кто умѣетъ такъ плакать другихъ, того нечего бояться. Онъ вышел еще до конца спектакля. Я тотчасъ пошла за нпмъ и оклнкнула его: — Вамъ случалось бывать у князя N в дѣламъ? — Д а,— отвѣчалъ онъ, осматривая ме- н я .—Вы тоже тамъ были по дѣламъ? — Н ѣ тъ , я сама принадлежала къ ш обществу. — А теперь? — Теперь я учительница. — А !... Вы гдѣ живете? Я , кажетсл, встрѣчалъ васъ въ меблированныхъ комна- тахъ Мейеръ? — Да. — Намъ съ вами по дорогѣ; я живу тамъ же. Мы прошли нѣсколько шаговъ молча. — Вы любите театръ? — Нѣтъ, такъ заш елъ ... чтобы не хо- дить уже никогда болыпе. Я смотрѣлъ на публику. — Вы, можетъ быть, не любите искус- ства? Я слыхала, что теперь есть такіе... — Я?—-неожиданно спросилъ он ъ .— люблю его, какъ любовницу... Я молюсь ему... Но не этому, пе этому!... (Онъ по- молчалъ). Все извращено, все растлилн- живопись, скульптуру, музыку, поэзію... — Вы художникъ? — Да, я—художникъ... Погодите, дайте мнѣ вздохнуть. (И онъ, дѣйствительно, оста- новился п вздохнулъ глубоко, сильно). все это разрушу, это извращенное, дряхлое, дряблое... Я изгоню нзъ храма этихъ ф» рисеевъ, торгашей и паяцовъ; я разрушУ самый храмъ и разгоню эту глупую тол- пу, которая гогочетъ и ликуетъ, не нимая, что ее отравляютъ, извращаютъ сердце, ея мозгъ... Да, я разрушу, п соз- дамъ новое нскусство, новую науку, ф®10' софію... Погодпте, дайте мнѣ только... Я молчала, пораженная нзумленіемъ. Мнѣ иногда думалось, что онъ сумасшедшій. Он^ все чаще ускорялъ шаги; я едва поспѣвала за нимъ. А онъ все говорилъ... о новомъ искусствѣ, о новоп наукѣ. Мы подошли къ дому. — Заходите, если пнтересно,—сказалі онъ, не подавая мнѣ р у к и .— № 15, Ко лобьинъ. И вдругъ какъ-то съежившись, у н и ж ен н о ,