b000002182

БАРСКАЯ ДОЧЬ. — ІІричпны?... Да развѣ можно... это... нзмѣрнть... передать въ двухъ словахъ ... Эти мукн... Ихъ надо чувствовать вотъ тутъ, вблизи и х ъ ... боясь прикоснуться къ нимъ... Все, что я знала, видѣла раньш е,— и тамъ... и тамъ ,—все это передъ ними... Докторъ, можно, чтобы все это осталось между нами, можно? Скажите? — спросила она порывисто, онять сжимая мнѣ руку. — Можно, можно... Будъте спокоины,— поторопплся отвѣтпть я .— Только скажите, ручаетесь ли вы , что онъ настолько все- таки владѣетъ собой, что не повторнтъ чего* либо подобнаго? Иначе, надо предусмот- рѣть... — Да, ручаюсь!—твердо выговорила она, п даже какъ будто нѣсколько враждебный ко инѣ огонь блеснулъ въ ея карихъ гла- захъ.—Скажите, что и какъ я должна да- вать ему по вашему рецепту? Я далъ ей наставленіе и поспѣшилъ уйти, обѣщавъ навѣстить больнаго на завтра утромъ. Нѣтъ, это ужь не прежняя Н ина, думалъ я,—нѣтъ.Даж е этотъ враждебный огонекъ, мелькнувшій на минуту въ ея глазахъ н напомнившій что-то знакомое, даже и онъ не могъ пзгладить того, совершенно новаго впечатлѣнія, какое произвела на меня Нпна... Жалко мнѣ ее съ чего-то стало, господа мои!... Ж алко, потому что полю- билъ я ее въ этотъ моментъ еще больше, ближе она какъ-то стала мнѣ, роднѣе. На утро мнѣ къ нимъ, однако, попасть не удалось. Р ано , чуть не съ разсвѣтомъ, я былъ потребованъ въ полковую больницу на ампутацію, гдѣ долженъ былъ провозиться, покрайней мѣрѣ, до обѣда. Впрочемъ, я сказалъ женѣ, что если пришлетъ Нина, пусть дадутъ мнѣ знать тотчасъ же. Когда я вернулся домой, оказалось, что за мной Нина не присылала. ІІолагая, что никакой опасности, слѣдовательно, не предвидится Для ея больнаго, я рѣшилъ немного отдох- нуть, чтобы уже зайти къ ней вечеромъ. Еыло темно и грязно на улицѣ; еще темнѣе н грязнѣе было во дворѣ и сѣняхъ дома мѣщанки. Ворота и дверп вездѣ были от- нерты, но ни огня, ни самой мѣщанки нигдѣ не было видно. Съ трудомъ пробрав- піись черезъ дворъ, я , забывъ ходъ, со- всѣмъ потерялся въ темныхъ сѣнцахъ. Я только слышалъ, какъ за одной дверью громко раздавался чей-то раздражительный голосъ; мнѣ даже казалось, что эта дверь была пріотворена, но я тщетно старался найти ее ощунью. Пока я нашелъ, нако- НеДъ, ее, — я могъ совершенно ясно раз- слышать все, что говорили за дверыо. По первымъ же фразамъ я понялъ, что это говоритъ ной паціентъ. То былъ голосъ сдабый, но наиряженный, который, каза- лось, готовъ былъ каждую ипнуту перейти въ отчаянный визгливый выкрикъ глубоко- потрясеннаго человѣка. Онъ говорилъ скоро, словно теряя слова, путаясь. — Вы знаете, я саиъ сынъ мужика... настоящаю мужика,—говорилъ онъ приблн- зительно т а къ .— Вы думаете, у насъ нервъ нѣ тъ?... Вы думаете, нервы—это привилле- гія?... Комки н ер въ !... Какія красивыя слова!... Коики н е р в ъ !... Я самъ сынъ му- жика, — напряженно шепталъ онъ, хотя такъ ясно и отчетливо, что я могъ слы- шать его отъ слова до слова: — и мнѣ го- в о р я тъ ... про н его !... Мнѣ указываютъ... мнѣ рекомендуютъ его, мужика... Зачѣмъ вы тамъ>. Отъ пресыщенія, отъ душевнаго зуда... Вы ищ е те... вамъ нужно сильныхъ ощущеній... декорац ій ... вамъ хочется ра- стравить свой вкусъ ... свой прптупленный вкусъ остротой... новыхъ (Мнѣ казалось, онъ задохнется: до такой степени напряжен- ности достигъ его слабый голосъ )... Вы ко- щ унствуете... кощунствуете!—вдругъ закри- чалъ онъ, и въ его голосѣ нослышались чуть не рыданія. Я уже отворилъ дверь и мнѣ такъ показа- лось неловкпмъ войти въ этотъ монентъ. При- знаюсь вамъ, я былъ въ очень скверномъ положеніи. Несмотря на то, что я старался громче снимать калоши, собесѣдники, пови- димому, рѣшительно забыли все окружаю- щее. А, между тѣмъ, попрежнему, рѣзко и отчетливо допосились до меня слова возму- щеннаго молодаго человѣка. — Если вы тамъ , у этого посконнаго мужика... моего родича... если вы тамъ... отъ пресыщеиія, то я ... я здѣсь... я здѣсь— отъ голода!... Зачѣмъ вы опять пришли ко мнѣ?... Пристыдить... своимп жертвами, своимъ великодѵшіемъ?... Живите т ам ъ ... Вы, можетъ быть, каетесь въ грѣхахъ? Мнѣ не въ чѣмъ к а я т ь ся !... Я не пойду... не пойду назадъ т уд а ... Не пойду! — истери- чески выкрикнулъ онъ. Я уже теперь могъ не только слышать. но и видѣть его. Онъ стоялъ, заложивъ руки за сппну и прислонившись къ стѣ- нѣ (Нину я не могъ видѣть за дверью). Несмотря на страстность своей рѣчи, онъ, видимо, старался ни однимъ же* стомъ не выдать своихъ ощущеній. При- томъ, онъ, должно полагать, былъ очень слабъ еще; колѣни у него какъ будто под- гибались, такъ какъ онъ постоянно пере- ступалъ съ ноги на ногу; весь онъ какъ-то смотрѣлъ осунувшимся, голова постоянно