b000002181

ІЛАВА III. „СЫНЪ НАРОДА^. 2 9 7 рилъ, медленно поднимаясь съ дивана, гос- зывалъ ему руки, поворачивая съ боку подинъ съ бархатною бородой и величест- на бокъ, какъ колоду, другой стаскивалъ веннымъ жестомъ указалъ Петру на дверь, сапоги. Петръ въ изумленіи взглянулъ на гостя— — За что меня били?... Что я сдѣлалъ?... и вдругъ узналъ его. У Петра пробѣжала Мои деньги, моя кровныя... Я своихъ про- по губамъ усмѣшка: то былъ одинъ изъ силъ... За что меня такъ били?—невольно „таинственныхъ незнакомцевъ", нѣкогда спросилъ Петръ, почувствовавъ страшную пресмыкавшихся около „высшей инстанціи" боль п въ спинѣ, и въ бокахъ, и въ го- дома Башмакова и К0. ловѣ. — Во-онъ! — неистово загремѣлъ, уже — А за то, что ие ходи пузато!—сказалъ вскакивая изъ-за стола, „таинственный не- солдатъ, стаскивавшій съ него сапоги.— знакомецъ", и протянулъ было руку къ Экій, стерва, бѣшеный какой!... Всякое по- Петру. ведете потерялъ... Егорова, братецъ, сов- — Битый!—выкрикнулъ Петръ съ какимъ- сѣмъ было задушилъ... Еще мальчишка, а то лихорадочнымъ смѣхомъ.—Съ лѣстницы зелье какое! Ну, поворачивайся!—прибавилъ спустили!... Го-го-го!...—кричалъ онъ. солдатъ и сталъ тащить съ него сначала „Таинственный незнакомецъ" поблѣднѣлъ пиджакъ, потомъ брюки п, наконецъ, нпж- п на секунду какъ бы потерялъ сознаніе, нее бѣлье. но тотчасъ же бросился на Петра и схва- — Что же это будетъ? — со слезами въ тилъ его за воротъ. голосѣ выговорилъ Петръ. — Не пойду!—кричалъ Петръ.—Отдайте — А вотъ ужб увидишь, какъ очухаешься, деньги! Ахъ вы... Что вы со мной сдѣлали? Солдаты вдругъ подняли его подъ мышки, Что вы со мной дѣлаете? Я думалъ... Авы встряхнули п быстро втолкнули за какую-то такая же саранча... Ахъ, вы... дверь, которая тотчасъ захлопнулась вслѣдъ У Петра подступили къ горлу слезы и за словами: „Прохоровъ! прими!" онъ истерически зарыдалъ. Кто-то схватилъ Петра за плечо, словно — Бейте его, бей!—кричалъ „таинствен- желѣзными клещами, и швырнулъ, какъ ный незнакомецъ", стараясь оторвать отъ собаченку, въ уголъ такъ сильно, что онъ себя Петра, который вцѣпился ему въ гор- ударился лбомъ въ стѣну. Петръ хотѣлъ ло, какъ настоящій волченокъ. Да, Петръ было вскрикнуть, огрызнуться, какъ въ это былъ въ эту минуту дѣйствительнымъ бѣ- время въ небольшое отверстіе дверп раз- шенынъ волченкомъ. Его больное, блѣдное дался опять крикъ: „Староста! прими! лицо совсѣмъ исказилось злобой, остерве- и вслѣдъ за этимъ въ дверь было втолкну- нѣніемъ, бѣшенствомъ, между тѣмъ какъ то новое человѣческое тѣло, то былъ па- по щекамъ струились слезы. рень съ краснымъ лицомъ, воспаленными Боровшіеся неожиданно, среди криковъ глазами, съ большою, встрепанною лохмат- женщпнъ п Ивана Степаныча, очутились кой на головѣ, въ истерзанной, висѣвшей за дверями, сперва на крыльцѣ, потомъ на клочьями, рубахѣ. Онъ стоналъ въ какомъ- улицѣ. Петръ замеръ на груди „таинствен- то изступленіи и, дико выкрикивая, выры- наго незнакомщц — н тотъ не въ силахъ вался изъ „принявшихъ" его рукъ „камер- былъ отъ него освободиться. На улицѣ со- наго старосты1. бралась толпа, прибѣжали дворннкп, поли- — Ахъ ты, стерва!... Такъ ты еще все ція. Петра оттащили, но онъ былъ уже въ не угомонишься?—крикнулъ староста, вы- пзступленіп: онъ бросался на всѣхъ, кто сокій, худой, съ просѣдью п дерзкимъ, только попадался ему. Онъ вцѣпился уже самоувѣреннымъ взглядомъ арестантъ. 1е- въ горло полицейскаго, сорвалъ его погоны, бята, качай!. изодралъ мундиръ... Его сталп бить... Онъ Вслѣдъ за этимъ окликомъ моментально уже не считалъ, не чувствовалъ, сколько поднялись съ деревянныхь наръ, на к р ударовъ пришлось на его долю. Онъ очнул- теперь замѣтилъ Петръ ц 'лы рядъ лежав ся окровавленный, избитый п связанный въ шнхъ одна съ другой челов ческп I . Р ? частномъ домѣ. три или четыре здоровыхъ арестанта Сырая, вонючая комната гдѣ-то подъ сво- Раздались глухіе, частые удары въ дамп лѣстницы; тусклый, загрязненный вѣческое мясо; что-то тяжелое, как у масляный фонарь; запахъ махорки, полу- набитый мѣшокъ, летало^ на д } ^ шубковъ и пота; топотъ десятка ногъ и лакахъ съ нары на пару; пр . Р _> ругань. Петръ лежалъ па полу. Передъ другоп раздирающіе ДУШ| ' вимъ суетились солдаты съ небритыми бо- тѣло парня тяжело шлеп у "У родами и торчащими подстриженными уса- Петра, какъ трупъ. ми, въ ситцевыхъ р у бахахъ , запущ енны хъ въ — У б и л и !... Что вы сдѣлали Р У брюки съ красными кантами. Одинъ развя- подъ вліяніемъ безотчетпаг у I ■,