b000002181

ГЛАВА II. НОВЫЕ ЛЮДИ. 2 3 І вецъ.—Это, братъ, что вѣрно, то вѣрно! даже расшутился было, Но шутка не уда- Эту самую нашу судьбу расписалъ ты чу- лась, когда его сердито оборвалъ Вахромей. десно... А съ пріѣздомъ, братъ, поздравиться Вонифатій замолчалъ, но лицо его не пе- надо бы!—прибавилъ онъ, утеревъ бороду, рестало сіять благодушіемъ. Это „сіяніе", — Этою безхарактерностью мы не зани- повидимому, не особенно нравилось Вахро- маемся!—круто закончилъ Петръ и, замѣ- мею и раздражало его, хотя онъ не гово- тивъ подходившихъ отца и москвича, за- рилъ ничего. Братья Волки уже кончали шагалъ къ своей избѣ. овинъ и собирались идти завтракать, когда — Вонифатію Мосеичу! — крикнули дер- проснулся Петръ. Умывшись, онъ тщатель- гачевцы. — А мы вотъ полюбопытствовать но причесалъ свои черныя кудри, затѣмъ насчетъ вашего молодца... истово помолился передъ образомъ и, на- — Ну, что-жь! конецъ, вынулъ изъ ящика небольшой са- — Видѣли, видѣли! Дѣловой! моваръ, въ видѣ вазы, съ львиными лапка- — Дай Богъ!... ми у ручекъ. Онъ самъ сходилъ за водой, — Дай Богъ! Что говорить! Разнесъ онъ самъ поставилъ его и, когда онъ закипѣлъ тутъ и дядьевъ своихъ, и насъ—чудесно, внесъ его въ избу, постлалъ скатерть на Лучше быть не надо! Къ вашему богатому столъ, вынулъ изъ чемодана пару чашекъ, дѣлу онъ идетъ... А кабы онъ къ намъ въ небольшой ящикъ съ чаемъ и сахаромъ и, деревню пріѣхалъ, такъ мы бы ему, дѣло- помѣстившись передъ самоваромъ у окна, вому-то, да цѣпъ въ руки! Это бы вѣрнѣе... молча, сосредоточенно и съ сознаніемъ Такъ ли? собственнаго достоинства, принялся пить Но Вонифатій только махнулъ рукой и, чай. Пилъ онъ неторопливо, блюдечко за не отвѣчая, прошелъ съ москвичемъ. блюдечкомъ, и, повидимому, нисколько не — Съ пріѣздомъ бы, Вонифатій Мосе- смущаясь одиночествомъ. Нисколько не ичъ!—крикнули ему вслѣдъ дергачевцы. смутился онъ, когда вошелъ въ избу отецъ — На праздникъ приходите, на празд- и, размахнувъ руками, вскричалъ: никъ. За одно ужь!—откликнулся онъ. — Ай да москвичъ! Ужь и хозяйствомъ — Ну, на праздникъ, такъ на праздникъ раздобылся! Ну, п дѣловой же у васъ въ —нечего дѣлать!... Прощайте пока! Дѣло- Москвѣ народъ! Ну, ну, угощай! витъ больно у васъ молодецъ-то. Петръ съ особенною ловкостью вытеръ Дергачевцы ушли. Дядья продолжали еще чашку, какъ-то особенно искусно, то прп- сидѣть молча. Вахромей, однако, давно уже поднимая, то опуская чайникъ, тонкою спустилъ съ рукъ дочурку и порывисто вы- струей налилъ чай и, подвинувъ чашку на куривалъ трубку за трубкой, что было у другой конецъ стола, проговорилъ: него признакомъ сильной душевной не- — Садись.^ . урядицы. Но онъ, до поры до времени, не — Угощай,^ угощай, братъ!... Іолько любилъ говорить, не любилъ „отводить вотъ безъ хозяйки-то что-то какъ будто не душу" разговорами. хватаетъ!—говорилъ Вонифатій, въ^душѣ Скоро мимо нихъ проѣхалъ москвичъ на совершенно довольный „хозяйными ка- своемъ сивомъ жеребцѣ и какъ-то особенно чествамп своего сына, почтительно раскланялся. Вахромей только Дѣловой, дѣловои. Правд} деріачев сплюнулъ ему вслѣдъ и сердито крикнулъ цы-то говорили,-повторилъ Вонифатій, при- въ окно своей бабѣ: нимаясь за блюдце.—Московскій чаекъ-то?— — Прасковья! накрывай ужинать! спросилъ онъ, втягивая носомъ паръ отъ Собесѣдники разошлись. Ульяна Мосевна чашки. > .„ й заглянула было въ окно къ Вонифатію, но — Кяхтинскій, настоящій. Черная ровь. Петръ сказалъ, что онъ усталъ и хочетъ Петра Орлова съ сыновьями, спать. Ушла къ себѣ въ келью и Ульяна То-то, попахиваетъ... пріятно. Мосевна. — Букетъ... два рубля фунтъ... іамъ _____ завсегда такой пьютъ, кто ежели толкъ но- Утро слѣдующаго дня застало обитателей нимаетъ... Волчьяго поселка за молотьбой хлѣба. Они — Что говорить^... Нѣтъ, вотъ у » уже работали давно, и ныньче какъ-то мол- что ни вали въ чаиникъ-то, все УД Р чаливо шла работа. Вслѣдстіе ли осенней вой отзываетъ. Да, вѣдъ, мы не 15 погоды, или почему другому, ио мужики ны! Была бы вода, въ живот Р > были суровѣе обыкновеннаго, сердитѣекри- да поотдохнуть на-распашку... чали на бабъ и лаконичнѣе отвѣчали на при самоварѣ-то... „„„„„„ вопросы. Даже Хипа меньше улыбался. Но еще^ въ большее Н>У ’ Только Вонифатій Мосеичъ былъ, къ удив- отъ „хозяйныхъ качеств Р ленію, благодушнѣе, чѣмъ когда - либо, и фатьевича Ульяна Мосевна.